обратная связькарта сайта
TVMUSEUM.RU - logo






КАК СОЗДАВАЛИ И ТЕРЯЛИ «НАДЕЖДУ»

В один из пасмурных февральских дней 1992 года в маленьком кабинете на седьмом этаже знаменитого Радиодома на Пятницкой две журналистки Татьяна Зелеранская и Ирина Королева, много лет проработавшие в системе Гостелерадио СССР, обсуждали, планировали, мечтали создать независимую женскую радиостанцию. Под словом «независимая» подразумевалась негосударственная (по-английски они так и объявляли себя как non-govermental). Зависимость радиостанции от событий текущей жизни прослеживалась напрямую. Ирина полагала, что это должна быть непременно женская радиостанция, ибо именно женский взгляд на мир, заботы семьи, проблемы демографии, воспитания детей в официальном радиовещании были, как говорится, в загоне. Татьяна предложила имя новой радиостанции – «Надежда». Это было довольно смелое предложение. Стоит лишь вспомнить 1992 год: пустые прилавки, пустые деньги, резкий взлет цен.

Никто толком не понимал, как жить дальше, вот и жили только надеждой. Казалось, это слово вместило в себя все, вспоминалась народная мудрость: «Как лодку назовешь, так она и поплывет». Так и пустились в долгое одиночное плаванье, так и плыли долгих девять лет, так и работали: «с весельем и отвагой» да еще с надеждой.

Учредители Татьяна Зелеранская и Ирина Королева решили, что в трудное время на переломе эпох, а перелом был не только политический, но и самый тяжелый – экономический, нужно дать людям надежду, научить их ориентироваться в этом новом мире, показать на положительных примерах, как и с помощью чего женщины приходят к успеху. Пожалуй, это был единственный пример в радиоэфире 90-х годов, когда на негосударственной, частной радиостанции целые блоки программ были отданы социальной тематике. Одной из главных целей радиостанции объявлялась просветительская.

Большой популярностью у слушателей пользовались программы «Путь к успеху», «Выбираем успех», «Школа женского лидерства», «Подумаем вместе», «Всё о женщинах». В программу «Путь к успеху» приглашались не только женщины, хотя в основном именно они, но и мужчины. Речь шла о том, как в новых экономических условиях найти свое место, как не бояться трудностей и порой круто менять свою жизнь вместе с изменением профессии и образа жизни. Социологи, выступавшие в программе, говорили о том, что не нужно бояться потерять свой социальный статус, он может быть восстановлен на новом уровне в иной сфере. Теперь мы знаем, как много инженеров, кандидатов наук стали «челноками», возили дешевый товар из-за рубежа, становились продавцами на рынке. Но… сегодня ты стоишь на рынке, а завтра ты уже хозяйка модного бутика, к тебе идет за советом элита, у тебя одеваются звезды эстрады. Вот и сидит такая хозяйка в эфире радиостанции и рассказывает о том, как ей это удалось, через какие трудности пришлось пройти.

Как признавались в своих письмах в редакцию женщины-слушательницы, такие передачи их очень поддерживали, давали социальные ориентиры.

«Школа женского лидерства» была по-настоящему учебным курсом для многих, там читались лекции, проводились ролевые игры, разыгрывались различные жизненные ситуации, давались определенные задания по предложенным темам. Женщины учились быть социально активными.

В декабре 1993 года при первых выборах в Государственную Думу движение «Женщины России» триумфально заняло депутатские места, что во многом произошло благодаря поддержке радиостанции: лидеры движения приходили в эфир регулярно, общались со слушателями-избирателями, посвящали их в свои планы. В Государственной Думе была сформирована фракция «Женщины России», а на радиостанции «Надежда» появилась программа «Подумаем вместе». Депутаты приходили в прямой эфир, хотим это подчеркнуть, и именно в прямом эфире обсуждали самые важные проблемы. В частности, так формировались основы нового Семейного кодекса, принятого Госдумой.

Во все времена, вне зависимости от политической и экономической ситуации, женщин волновали проблемы рождения и воспитания детей. Задача радиостанции – поднять престиж не только материнства, но и отцовства, – была одной из приоритетных. Программы «Мамочка», «Мамина школа», «У очага» и им подобные стали для будущих и уже состоявшихся родителей реальными университетами родительского успеха. В них выступали врачи, социологи, юристы, психологи, педагоги, а главное, хорошие семьи – обычные мамы и папы, опытные бабушки. Разговор велся очень откровенный, что, безусловно, подкупало слушателей. Здесь было всё: как прожить будущей маме девять месяцев, как купать и пеленать, как кормить и чему учить малыша, как заботиться о его здоровье и здоровье всей семьи, как научиться вкусно готовить из самых обычных продуктов, как создать в семье атмосферу покоя и уюта. Проходили даже уроки гимнастики для домохозяек. Это были по-настоящему самые серьезные уроки семейной жизни.

Две популярнейшие программы «Надежды» были посвящены правовым вопросам: «Правовой университет» и «Закон суров, но это закон». В первой разъяснялись различные правовые акты, которые принимались в новой России, и это были самые настоящие занятия по правовой грамотности, вторая разбирала с правовой точки зрения различные жизненные конфликты. В прямой эфир звонили слушатели, задавали вопросы и тут же получали консультацию юриста. В то время многие люди просто не имели средств, чтобы получить квалифицированную юридическую помощь, такие передачи становились для них самой серьезной помощью.

С 23-х до полуночи в эфире звучали программы так называемой психологической поддержки. «Ищите и обрящете» – совсем не о религии, хотя вел передачу православный священник. Это была программа о духовности, о поисках смысла жизни, о вере и безверии. «Влечение души и тела» – совсем не о сексе, а именно о взаимоотношениях мужчины и женщины, о том, как сделать их наполненными и красивыми. Уже потом, много позже, многие радиостанции кинулись в эту прежде запретную тему, зачастую переходя границы этики и деликатности. «Надежда» умела говорить «про это», никогда не скатываясь в пошлость. Эти программы вел врач-психотерапевт, которого «Надежда» сделала популярным, он и сейчас участвует во многих программах телевидения. Практически все социально-ориентированные программы «Надежды» шли в прямом эфире, в интерактивном режиме, что позволяло сразу определять предпочтения аудитории. Особенно нравились слушателям такие ночные беседы с психологами, как «Услышим друг друга», «Поговорим», «До встречи». Темы обсуждались самые разные – от одиночества до активного участия в политической жизни. Среди слушателей этих ночных программ были люди, отбывающие наказание в колониях, люди с ограниченными физическими возможностями, молодые и уже состоявшиеся семейные пары, люди, попавшие в кризисную ситуацию. Ирина Королева вспоминает такой эпизод. Ей в прямой эфир как-то позвонила молодая женщина и рассказала о том, что передачи «Надежды» удержали ее от самоубийства. Именно в момент, когда женщине было нестерпимо горько и она решила совершить этот немыслимый шаг, она вдруг повернула настройку приемника и попала на волну «Надежды». Голос ведущего ее остановил, она отвлеклась, потом стала слушать это радио каждый день, и мысль о самоубийстве у нее ушла, женщина обрела свою надежду в то, что не все потеряно, что выберется и она на твердую дорогу, и все наладится. Так и получилось.

Можно ли отнести к социально-ориентированным такие программы «Надежды», как «Бутик «Надежды», «Дамский каприз», «Шлейф королевы», «Кураж», «Столик на двоих»? Обязательно. Для примера передача «Дамский каприз». Она о женском здоровье и красоте, о том, как одно неразрывно связано с другим, и как сохранить и то, и другое. В прямом эфире присутствовали врачи, косметологи, психологи, просто люди с большим жизненным опытом. Или передача «Кураж» – снова об имидже и здоровом образе жизни; «Шлейф королевы» – о духах, их истории, умении ими пользоваться; «Столик на двоих» – о кулинарии, о различных кухнях мира, о культуре застолья; «Бутик «Надежды» – консультации в прямом эфире ведущих модельеров страны, разговор о модных тенденциях и умении эти тенденции сочетать со своей внешностью и финансовыми возможностями. И, конечно, каждый день шел разговор о самом важном для страны: о мире, о национальном согласии, об экономических реформах и их перспективах, об участии женщин в политической жизни. Само собой, женская радиостанция не могла молчать о заботах солдатских матерей, которые в те годы только создавали свою знаменитую организацию. В 1994 году началась чеченская война, это общепринятая официальная дата, на самом деле военные действия на территории Чечни начались летом 91-го, и отважные матери на полях военного хаоса искали своих пропавших сыновей, нужных только им одним.

Гораздо позже, в 2007 году были созданы «Студенческое радио» и «Детско-юношеское вещание». Но уже в 90-х радиостанция «Надежда», единственная из всех негосударственных радиостанций, имела в своей программе передачу для студентов и детскую программу. В студенческой программе обсуждалось абсолютно все, что интересно молодежи: учиться или не учиться, как и какую профессию выбирать, какие перспективы у тех или иных вузов, как жить в общежитии, как прожить на стипендию и надо ли подрабатывать, как строить отношения с педагогами и друзьями, можно ли питаться в студенческой столовой или лучше готовить самому, что ждет тебя по окончании, когда ликвидирована система распределения, и, конечно, про любовь – жениться или подождать, где жить студенческой семье, как быть с детьми, а еще музыка, театр, книги… Для маленьких слушателей по субботним и воскресным дням выходила программа «Клумба»: сказки, загадки, веселые истории, и все это при активном участии ребят из московских школ. Детская программа не просто была ориентирована на детей, её делали сами дети, от дошкольников до старшеклассников. И они сами безошибочно определяли самые важные для них темы разговора. Бесценный опыт, накопленный редакцией вещания для детей на Всесоюзном радио, очень нам пригодился.

На радиостанции подобрался профессиональный коллектив радиожурналистов и ведущих. Трое ведущих : Марина Скалкина, Елена Афонина и Татьяна Зуфарова были удостоены премии имени Попова. Татьяна Пономарева проявляла редкую эрудицию в самых разных проблемах, что было результатом большой подготовительной работы журналиста. В утреннем эфире успешно вели парный конферанс Елена Афонина и Алексей Калачев. Под их светлый, свободный диалог просыпались не только Москва и город на Неве, но и десятки других городов страны на юге и на севере, где умудрялись слушать радиостанцию «Надежда». Сегодня, когда «Надежду» мало кто помнит, мы можем без ложной скромности сказать, что она была первопроходцем в ряде форматов, которые стали укореняться в эфире других радиостанций гораздо позже. Это и парный конферанс, и преобладание передач в прямом эфире, что было связано с освоением так называемого интерактива. Кстати, если и сегодня на некоторых радиостанциях звонки в прямой эфир идут через редактора, который эти звонки фильтрует, то «Надежда» с весельем и отвагой принимала звонки напрямую. Была у нас передача с анекдотами в прямом эфире и передача «Форс-мажор», где слушатели вспоминали разные житейские истории, случавшиеся с ними в разные времена. Очень живой был эфир.

Вспоминаются драматичные дни октября 1993 года, когда мы вели прямой репортаж о событиях вокруг Белого дома, стремясь снять напряжение у людей, снизить градус агрессии. Какой был шквал звонков, как непросто было разговаривать с взволнованными и обескураженными людьми, но ведь разговаривали же!

…Это была насыщенная и абсолютно счастливая эфирная жизнь. Но радиостанция-то была частной, она и создана была как ЗАО (закрытое акционерное общество), она должна была на что-то жить, чтобы оплачивать расходы и при этом развиваться.

Соучредители: Т.Зелеранская, И.Королева и Союз женщин России таких денег не имели, нужно было искать инвестора. Вот этот путь и стал путем ошибок, разочарований и, как оказалось, привел к краху всей затеи.

Первым партнером стала американская фирма «Ле Монти». Партнерство длилось девять месяцев, в течение которых цены за аренду студий и передатчика выросли в шесть раз, и фирма посчитала дальнейшее участие для себя невыгодным. Правда, поступила вполне порядочно: за два месяца предупредила партнеров, что вынуждена будет уйти. В это время мы познакомились с голландским предпринимателем Дерком Сауэром, который уже издавал в России газету «Moskow Times» и теперь решил принять долевое участие в радиостанции. Договорились довольно быстро. Дерк Сауэр начал с того, что поставил своего исполнительного директора, затем принялся собирать гранты по Европе. Получили грант по программе Европейской комиссии «Тасис», правда, отчего-то ни одной копейки из этих денег до радиостанции так и не дошло. В один далеко не прекрасный день на радиостанцию прибыли из Брюсселя два представителя Европейской комиссии и порекомендовали соучредителям прервать все отношения с г-ном Сауэром в связи с нарушением правил получения и использования гранта. Кстати, Дерк Сауэр прекрасно понимал, что проект был исключительно успешным по идее, и «лакомый кусочек» упускать не хотел. Он выставил условие: за 15 тысяч долларов соучредители отдают ему радиостанцию, и он продолжит финансировать проект. От предложения мы отказались, поскольку с трудом могли представить себе, что успешно развивающаяся , социально-ориентированная радиостанция в трудные годы становления новой России, окажется без поддержки внутри страны.

Между тем «Надежда» становилась популярной. О женской радиостанции писали газеты, снимались телесюжеты. В то же время пропорционально росло число недоброжелателей. Чего не прощают женщине в России? Да мало ли чего… красоты, ума, таланта. Но больше всего не прощают успеха. Особенно не прощают мужчины. Досаждают мелко и по-крупному, исподтишка и открыто.

На радиостанцию «Надежда» приехала первая леди США Хиллари Клинтон. В тот момент, когда мы беседовали с ней в эфире, неожиданно отключился передатчик. Как раз на частоте 104.2. Хорошо, что «Надежда» в этот час вещала еще и на средней волне, этот передатчик продолжал работать. Потом вещателям объяснили, что неожиданно сгорел фидер (специальное устройство между передатчиком и антенной). Еще через день «Надежду» обложили дополнительной данью за аренду помещений.

Поиски партнера-инвестора привели нас в два российских банка, один из которых очень быстро рухнул, не успев выделить радиостанции даже малой толики средств.

В 1997 году генеральный директор ЗАО "Радиостанция "Надежда" Ирина Королёва и главный редактор Татьяна Зелеранская решают, что самим им выжить не удастся никак. Посовещавшись с остальными акционерами, 2 июня Королёва и Зелеранская пишут письмо Юрию Лужкову, где предлагают "какой-нибудь коммерческой структуре при правительстве Москвы выкупить 51% акций ЗАО "Радиостанция "Надежда". Уже 5 июня Лужков ставит резолюцию: "Толкачёву и Лысенко — приобретите".

Председатель Москомимущества Олег Толкачёв тут же предлагает Королёвой и Зелеранской начать переговоры о приобретении акций. А вот председатель комитета по телекоммуникациям и СМИ правительства Москвы Анатолий Лысенко молчит. Не отвечает на звонки, факсы и письма, отказывается от встреч. И так — четыре месяца. Курирует же весь проект по настоянию Лужкова Валерий Шанцев.

Тем временем на сцене появляется Евгений Змиевец. Очаровательный молодой человек, настоящий современный менеджер. Собственно, он всегда был рядом. В течение последних 2—3 лет Змиевец периодически забегал на "Надежду". Интересовался тем, как идут дела, восторгался профессиональной работой Королёвой и Зелеранской. В общем, свой парень. На "Надежде" его знали как совладельца "Авторадио" и соиздателя журналов "Оффисьель" и "Мезонин".

Узнав о затянувшейся сделке с правительством Москвы, Змиевец тут же предлагает помощь. Правда, пока он не знает, как помочь, и просит на раздумья два дня. Через два дня план готов: Собинбанк даёт необходимую сумму "Надежде", правительство Москвы, в свою очередь, выделяет приглянувшийся банку кусок земли со скидкой на ту же сумму, а банк передаёт в траст Москомимуществу всё те же 51% акций "Надежды". При этом сам Змиевец готов оплатить текущие долги радиостанции техническим службам и получить за это в личную собственность 26% акций "Надежды".

Королёва и Зелеранская, уже отчаявшись получить положительный ответ от правительства, соглашаются — на свой страх и риск. Остальные акционеры "Надежды" знают только о предполагаемой сделке с правительством Москвы. Вместе со "спасителем" Змиевцом и представителями Собинбанка дамы отправляются к куратору проекта Шанцеву. Шанцева план тоже устраивает.

Собинбанк получает вожделенный участок земли — и от дела самоустраняется. А 17 ноября 1997 года владельцем 77% акций радиостанции оказывается почему-то Евгений Змиевец (остальные акции принадлежали Королёвой (10%), Зелеранской(10%) и Союзу женщин России (3%).

Первым делом новый хозяин собрал весь персонал радиостанции и объявил, что тяжёлые времена у "Надежды" закончились. Теперь всё будет прекрасно. Формат женской радиостанции, конечно же, сохранится. Деньги на развитие появятся. А большие и хорошие зарплаты будут выплачиваться вовремя. Коллектив ликовал.

Ирина Королёва получила пост президента "Надежды", а на её место генерального директора Евгений привёл своего младшего брата Сергея. Но денег на "Надежду" новые хозяева так и не принесли. Королёва и Зелеранская раздобыли под свою ответственность кредит, который Змиевцы радостно использовали для выплаты двухмесячных зарплат сотрудникам "Надежды" и погашение долгов техническим службам. О том, откуда взялись деньги, братья, конечно же, промолчали. Тогда же братья отказались от четырёх региональных лицензий.

Весной 1998 году возмутилась одна из технических служб, не получавшая деньги за свои услуги уже несколько месяцев. Сергею Змиевцу отправили арбитражное предупреждение. Мудрый генеральный директор решил просто положить предупреждение в свой стол, где оно и провалялось 3 недели. Радиостанцию чудом удалось спасти от банкротства — на суде с кредиторами заключили мировое соглашение, и Евгений Змиевец заплатил 15% долга. Хотя можно было просто позвонить...

В ноябре 1998 года Змиевцы совместно с рекламным агентством "Станция" решают изменить формат и название радиостанции. Акционеры, понимая, что иного выхода нет — в нынешнем формате "Надежда" обречена, — соглашаются. Королёва и Зелеранская предлагают Евгению свою помощь в подготовке документов: необходимо зарегистрировать новое название, получить приложение к лицензии и т.д. Змиевец-старший, как он это часто делает в последнее время, просто посылает женщин. "Хлам! Динозавры из прошлой жизни, которых пора отправлять на свалку!"

Новый хозяин решает, что «Надежде» пора зарабатывать. По всей Москве расклеиваются плакаты в стиле 20-30-х годов, (всего около двухсот), призывавшие слушать новую радиостанцию "Русский хит", которая 20 ноября начинает вещание на волне "Надежды" без разрешения Федеральной службы по телевидению и радиовещанию (ФСТР). Вполне естественно, что у ФСТР тут же возникли претензии: концепция «Русского хита» не соответствовала той, на которую была выдана лицензия «Надежде». И через десять дней вещания под маской "Русского хита" "Надежду" отключили от эфира.

Незадолго до этого новоявленному "Русскому хиту", по информации из ФСТР, было направлено предупреждение, что лицензия на данную частоту была выдана радиостанции "Надежда". Но лишь после повторного предупреждения ФСТР получила ответ от генерального директора ЗАО «Надежда» Сергея Змиевца: "Русский хит" - название не радиостанции, а коммерческого проекта, который представляет "Радиостанция "Надежда". Проект, якобы, призван пропагандировать российскую музыку и принят ради выживания убыточной радиостанции в условиях кризиса.

Но ФСТР, обнаружив полное изменение концепции радиостанции, приняла решение отключить вещание. Несмотря на ходатайства депутатов Госдумы, представителей женских организаций, артистов, писателей, МПТР лицензию на вещание «Надежде» не продлило, якобы, за нарушение лицензионных условий. Змиевец с «бабами» больше не церемонился и комплиментов не расточал. Он попросту утащил из редакции все уставные документы, печать ЗАО, бухгалтерские документы, реестр акционеров из бумажного варианта перевел в компьютерный, введя туда никому не известных лиц. Братьям очень хотелось сделать музыкальное радио. Пусть даже под названием "Надежда". Через четыре месяца приложение к лицензии было получено. 29 марта 1999 года Евгений заявляет Королёвой и Зелеранской: "Теперь вы мне не нужны. И я буду думать, как вас уволить. Я вас должен уволить как-то грамотно. Уволить вас за профнепригодность мне будет сложно. Может быть, вы сами уйдёте?"

«Надежда» замолчала, но рук не опустили. Два с половиной года Т.Зелеранская и И. Королева ходили по судам, которые, в конце концов, подтвердили их правоту. Змиевец был исключен из состава акционеров, его акции вернулись в ЗАО. Суды с Министерством печати – особая песня. Суд признал отключение радиостанции от эфира и первое предупреждение о «нарушении лицензионных условий» незаконными. Зато оставил в силе второе предупреждение, при котором иные радиостанции спокойно продолжали работать. Несмотря на ходатайства и письма многих заинтересованных и авторитетных людей, министр печати М. Лесин стоял насмерть. Вопреки запрету Арбитражного суда частота снова была выброшена на конкурс. По новым условиям начала века стоила она немалых денег, которые не прочь были получить… бог их знает, кто. Под давлением общественности Минпечати заявило, что частота будет выдана исключительно под «женскую» концепцию.

Получила частоту Русская медиа-группа. О женской тематике в лицензии не было ни строчки, ни слова. Просуществовав в эфире всего несколько месяцев, радиостанция, сменившая «Надежду», потеряла голос. И вскоре была без всякого конкурса продана (еще раз продана!) тому самому концерну «Проф-медиа», который усилиями неизвестных «корреспондентов» так старательно и славно «мочил» «Надежду».

Никакой женской радиостанции больше не существует, на волне звучит диско-музыка, пополняя засилие попсы в эфире. Не претендуя на абсолютную истину, вспоминая об истории создания и разрушения радиостанции «Надежда», полагаем уместным заметить, что перекосы в нравственном облике наших сограждан, демографические проблемы, так заботящие власть сегодня, утрата тяги к познанию накопленных сокровищ национальной культуры в немалой степени зависят от того, насколько рачительно распоряжаются нашими СМИ, что определяет их приоритеты: формирование ценностей вечных или сиюминутных. Но это уже другая тема.

В своем письме на имя бывшего министра Лесина учитель нескольких поколений журналистов, профессор МГУ Я.Н. Засурский написал: «Надежда» – это национальное достояние, которым Россия может гордиться». Маэстро отечественной журналистики знает толк в проблемах национального достояния. Только времена на дворе другие, хотя надежда, она ведь и остается надеждой во все времена.

Татьяна Зелеранская, главный редактор,
Ирина Королева, генеральный директор
(погубленной, но не потерянной «Надежды») ,
Михаил Карташев



 
 
ИПК - Институт повышения квалификации работников ТВ и РВ Высшая Школа Телевидения МГУ им. М. В. Ломоносова Вестник медиаобразования Юнеско МПТР Фонд Сороса Rambler's Top100
О проектеО Творческом Центре ЮНЕСКОКонтактыКарта сайта

© ТЦ ЮНЕСКО, 2001