обратная связькарта сайта
TVMUSEUM.RU - logo






ПЕРЕБИРАЯ ГОДЫ, ИЛИ ВСЯ ЖИЗНЬ ВПЕРЕДИ

Юбилей Анатолия Григорьевича Лысенко, человека, чье имя известно каждому сегодняшнему журналисту, отмечало все телевидение, а чествование растянулось на недели. Интервью на радио и телевидении, в газетах, журналах, по случаю этой даты немного отодвинули наш разговор в ТТЦ «Останкино», где юбиляр бывает часто – он советник генерального директора телецентра по работе с телевизионными и радиовещательными компаниями. Это, правда, не единственная его должность сегодня. Он и советник Главного секретариата ФГУП «Всероссийская государственная телевизионная и радиовещательная компания» (ВГТРК), и руководит Международной академией телевидения и радио, и вице-президент Академии российского телевидения. А еще возглавляет кафедру деловой и политической журналистики в ГУ-ВШЭ, постоянно читая лекции будущим телевизионщикам, делясь с ними своими представлениями о том, каким должно быть современное телевидение.

Опыта и знаний ему не занимать. Его послужной список обширен, не каждый может таким похвастаться. Он – автор известных документальных лент: «Стратегия победы» (2 серии), «Наша биография», «20 минут из жизни Юрия Петрова», «Афганские репортажи», телепередач «Аукцион», «Мир и молодежь», «Диалог», «А ну-ка, девушки!», «Взгляд». На его счету цикл программ для детей на радио, сценарии к более 35-ти документальным фильмам… Его творчество давно получило признание: Заслуженный деятель искусств Российской Федерации, в 1978 году удостоен Государственной премии СССР (за документальный фильм «Наша биография»), а в 1993 году – Премии Союза журналистов. Отмечена его профессиональная деятельность и государственными наградами – орденами «Дружбы народов» (1996г.) , «За заслуги перед Отечеством» (2006 г.), Благодарностью Президента РФ.

Открытость его характера воодушевляет. За советом, творческим, профессиональным, иногда житейским, к нему идут многие. И он всегда откликается. Правда, как на все и всех хватает времени, не всегда понятно. При этом доброжелательность к близким и не очень близким людям доминирует, сопровождается готовностью поддержать в любую минуту, протянуть руку помощи. С периодическими изданиями, особенно отраслевыми, он дружит по-особому. Не формально. Ему интересно, что в них пишут, какие темы появляются в публикациях, которые он обязательно прочитывает. Интерес этот не житейский, профессиональный. О новациях в электронных СМИ он судит со всей строгостью, оценивая тенденции развития отрасли. Это на первом месте, тут времени не жаль. Во многих отраслевых изданиях он – член редакционного совета. В том числе и в журнале «ТелеЦЕНТР», который не один год издает ФГУП «ТТЦ «Останкино». Понятно, что и «ТелеЦЕНТР», в числе прочих, постарался приобщиться к празднику, напросился на разговор. В первую очередь, о телевидении, о том, каким оно должно быть. Но в тот момент, когда беседа, казалось, уже началась, в кабинете Анатолия Григорьевича Лысенко вновь неожиданно появились давние коллеги и друзья юбиляра. С поздравлениями пришли те, кто в дни чествования оказался вдали от Москвы. И все-таки долгожданное интервью состоялось.


--------------------------------------------------------------------------------------------------------------

ПОВОРОТЫ В ЖИЗНИ


ТЦ: Анатолий Григорьевич, примите и от редакции «ТелеЦЕНТРА» самые искренние поздравления. Скажите откровенно, как вы отнеслись к промелькнувшему в прессе званию «народный академик»?

Анатолий Лысенко:

Уверен, веселились ребята. Подшучивали, сравнивая с небезызвестным моим однофамильцем, который в середине прошлого столетия официально носил это звание.

ТЦ: Но доля правды тут все-таки есть. Популярность у вас большая, особенно среди телевизионщиков. Было, кстати, удивительно узнать, что и в Афганистане вы побывали во время войны. В каком качестве?

А.Л.:

Я был в Афганистане раза три как корреспондент. Командировки длились по полтора-два месяца. Этого достаточно, чтобы понять все ужасы войны. Мы там не только потеряли многих своих солдат, а иные вернулись калеками, но и бросили немало преданных советскому строю афганских друзей. Потом некоторые из них разбрелись по свету, сейчас живут в других странах. Итогом этих командировок стали небезызвестные «Афганские репортажи». Их не раз показывали по телевидению. Теперь это уже история.

ТЦ: Находиться в эпицентре военных действий – большое потрясение. Как вы с этим справлялись?

А. Л.:

Журналистов там все-таки оберегали. Их задача была информировать, а не воевать.

ТЦ: Значит, к командировкам этим у вас профессиональный подход. А можете ли назвать наиболее яркие события в своей жизни? Те, что показались вам невероятными.

А.Л.:

Самой большой невероятностью стало для меня то, что в 1968 году я попал на телевидение. Причем, сразу в штат «Молодежки» (Главная редакция программ для молодежи ЦТ). Правда, до этого я почти десять лет проработал как внештатный автор и ведущий молодежных программ. Но потрясение все равно было сильным. И сейчас считаю: это выигрыш по трамвайному билетику. По правде говоря, в жизни мне везло. Каждый ее поворот становился невероятным событием для меня. И «Молодежка», и создание ВГТРК, и программа «Взгляд»… Работа на заводе (Люблинский литейно-механический завод), где сначала я был инженером-технологом, потом стал небольшим начальником, тоже из числа моих невероятностей. Там мне было хорошо. Сейчас, узнав, что завода уже нет, расстроился…

ТЦ: А как вы расцениваете этап создания ВГТРК? Теперь, спустя более 15-ти лет, когда эта телекомпания стала одной из ведущих.

А.Л.:

Скажу, что ВГТРК создавалось дважды – сначала как оппозиционное телевидение, длилось это год-полтора, затем, когда стало государственным. Его становление проходило в крайней нищете. Многое, признаться, уже не помню. Вот Олег Попцов чуть ли не каждый день писал дневник. А я дневники писать не умею. Но тогда телевидение было нищим до крайности. Помнится, чтобы закупить элементарную технику для ВГТРК, нам пришлось прибегнуть к сложнейшей операции по продаже… противогазов, которые были чуть ли не единственной российской собственностью, востребованной за рубежом. Противогазы продали, но результатов это не принесло. Тогда были сложнейшие отношения между российскими и советскими финансовыми службами, и все получаемые из-за рубежа деньги арестовывались Внешторгбанком. А у нас действительно совсем ничего не было, чтобы наладить работу новой компании. Кроме, конечно, идей и желания ее создать. Встречались мы поначалу в Останкине, поочередно в своих кабинетах. Потом Михаил Полторанин разрешил собираться в Минпечати, где можно было посидеть на стульях, спокойно поговорить. А потом, когда это неустройство всем надоело, И. С.Силаев, тогдашний премьер-министр России, выделил нам здание на Ленинградке. Тогда-то и началась настоящая работа.
-----------------------------------------------------------------------------------------------------

О ПРОГРАММЕ «ВЗГЛЯД», ИЛИ КАК РОЖДАЮТСЯ НОВЫЕ ИДЕИ

ТЦ: Анатолий Григорьевич, говоря современным языком, вы – замечательный продюсер. Программы, которые вы делали или только прикоснулись, – «КВН», «Аукцион», «А ну-ка, парни!», «А ну-ка, девушки!», «Взгляд», всегда были интересны зрителям. Поделитесь секретом, как вам это удавалось, как искали нужную тему?

А. Л.:

В те годы понятия «продюсер» не было. Может, и к счастью. Зато был редактор – важная и сегодня фигура на телевидении. Чаще всего он и был автором. Творчество в «Молодежке» било через край. Постоянно придумывались новые передачи, какие-то из них не шли. Но задумки, разработки не пропадали, сохранялись в нижнем правом ящике стола главного редактора. Демократия в редакции была полная. Настоящая! И у каждой передачи был лидер. Иногда им оказывался редактор, очень редко корреспондент. Бывало, лидеров оказывалось двое, хотя редко. Но всегда был кто-то движителем новой идеи. Как мы искали тему, ей-Богу, не знаю. На мой взгляд, у тех, кто работает на телевидении, в информационной отрасли чувство любопытства должно быть обострено. Чем ты более любопытен, тем больше приходит идей и материала. Еще нужно обязательно читать, причем много, размышлять над прочитанным, тогда приходят неожиданные повороты тем. У меня страсть к чтению схожа с болезнью. Читал я все, что попадалось – от газет и журналов до книг, которые в те годы доставали с трудом, а за хорошими охотились. От всей этой бессистемности в голове возникала некая картина, особенно, когда появлялся спрос на очередную тему. Так бывает на чердаке дачи, черт знает, что там валяется… И вдруг толчок, озарение! Как это было с программой «Взгляд», когда пришел заказ…

ТЦ: Так это был заказ?..

А.Л.:

Запрос поступил от ЦК КПСС, там хотели отвлечь молодежь от слушания зарубежных радиостанций, которые во второй половине 80-х перестали глушить. Мы быстро откликнулись, потому что еще то ли в 1973-м году, то ли в 1975-м, когда меня выкинули из эфира, мы с Кирой Прошутинской задумали написать новую передачу, где действие происходит на кухне. Для многих кухня – центр жизни. В холодильнике лежит пленка, где-то рядом сценарии, на кухню приходят артисты, ученые, просто интересные люди… Но в 70-х передача не пошла. А когда пришел запрос, я о ней вспомнил. И кухня, на которой оказались Влад Листьев, Александр Любимов, Александр Политковский, Дмитрий Захаров, стала главной точкой отсчета всего остального. А как рождаются программы, востребованные зрителем, трудно сказать. Мы очень редко конструировали передачу. К тому же сейчас формат программы покупается, так проще…

ТЦ: Но и дороже. Нет, к тому же, творческого национального начала. Идет промоушн западного продукта.

А.Л.:

Конечно, мы больше тяготеем к творчеству, а на Западе – это технологии. Зато можно сразу понять: пойдет или нет. Есть уверенность, что эта штука выстрелит. Когда же делается отечественная программа, затраты большие, а уверенности в результате нет. Потом, в мои годы работы, мы многого не знали. В этом был плюс. И даже выезжая за рубеж, мы еще не знали иностранных языков. Ведь как родились программы «А ну-ка, девушки!», «А ну-ка, парни!»? У американцев был конкурс красоты, который они же сами и не любили, называя его конкурсом «мяса». И мы решили сделать что-то подобное, хотя конкурса красоты у нас быть, понятно, не могло. Тогда решили сделать конкурс профессий с участием девушек. Показать, что лучшие из них могут не только работать, но и петь, плясать, обладают какими-то знаниями. Когда появилась передача «А ну-ка, девушки!», американцы очень хвалили нас за интересную подачу темы. Даниил Гранин тоже писал о том, как интересно девчонки отвечали на вопросы. А мы смеялись, потому что все ответы были написаны заранее. Уж если что делали, то профессионально. И обманывали тоже профессионально. А программа «А ну-ка, парни!» появилась после закрытия «Аукциона». Тогда мы решили сделать тему о военной подготовке молодых ребят, где они ездят на мотоциклах, стреляют… Такая подача идеи была очень необычной, очень динамичной. Ну а «Поле чудес», мягко говоря, позаимствовали, правда, основательно переработав. «Колесо фортуны» – совсем другая передача. Еще у нас была отличная спортивная передача, хотя я не особый поклонник спорта. Мне больше нравятся болельщики, точнее, их реакция на матч. Всегда мечтал снять фильм о футболе, где самого футбола нет, а есть лица болельщиков. Вот мы и придумали конкурс «Молодцы!», где НЕспортсмены соревновались на тренажерах и даже ставили рекорд. Жаль, что эта программа шла всего полтора года. Было очень интересно. Там и фехтование было, и толкание ядра, много чего…

ТЦ: Анатолий Григорьевич, как по-вашему, телевидение – только зрелище или интеллектуальный рупор?

А.Л.:

Незрелищным телевидение трудно представить, хотя я видел и такие передачи, очень интересные. Например, программы, которые вел академик Александр Панченко или Юрий Лотман. Слава Богу, нам удалось эти передачи записать, сохранить для истории. Драматургии в них никакой, но движителем выступает ход самой истории, знания, который получает телезритель. Уверен, что на ТВ некие звездные лекции должны обязательно присутствовать. Пусть их смотрит 10 тысяч человек. Но если из этой аудитории 10 человек станут учеными, уже благо. Зрелищность же для телепередач и нужна, и важна. Самое сложное – придумать образ, без него на экране делать нечего. Но какая-то пропорция зрелищности и интеллектуального насыщения должна быть. Иначе не интересно смотреть. Умение увлечь массы не каждому дано. Вот раньше казалось, что мы никогда не постигнем технологию быстрого производства сериалов. Ан нет! И «Идиот», и «Мастер и Маргарита»… Вот бы еще снять сериал по Гоголю! Жаль, нет Швейцера, который мог бы отлично снять. В 90-х он обращался ко мне с просьбой помочь достать ему денег на съемку. Я сразу ему сказал, что никто не даст. А потом прятался от его звонков, потому что ничем не мог помочь. До сих пор стыдно. Но я действительно ничего не мог тогда сделать.
----------------------------------------------------------------------------------------------

О БЛИЗКИХ. ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ
ТЦ: Анатолий Григорьевич, вы, говорят, пишете воспоминания. О чем книга?

А.Л. :

Книгу я надиктовываю, да и то не каждый день. Пока это поток сознания, плана особого нет, просто идет рассказ о жизни – год за годом. Но название ей я придумал – «Истории, которых не было. Записки очевидца». Тут есть интрига. Можно и приврать слегка, ведь у каждого свой взгляд на ситуацию. Мне же в жизни везло, много интересных людей я повстречал. Вот по сей день общаюсь с человеком, который был на моем первом юбилее – мне исполнился ровно один год. Это Олег Кабашнев, он на полгода моложе меня. На мой первый юбилей его принесли, положили на кровать, а он как-то скатился на пол во сне, и родители ушли без него. Так рассказывали родители. А с Юрием Петровым – он строил Павелецкий вокзал, Гостиный двор в Москве – и его женой мы знакомы с ясельного возраста. Дружим по сей день. Теперь встречаемся реже, но обязательно перезваниваемся. Будут в этой книге и рассказы о телевизионщиках, в первую очередь о тех, кто ушел уже из жизни – Владимир Соловьев, создатель легендарной передачи об изобретателях «Это вы можете», Валерий Иванов, Владимир Ворошилов… Много народу ушло. Дмитрий Белозеров, мой товарищ, друг всех помоечников и экстрасенсов, изобретатель от Бога, Анатолий Сазонов, комиссар нашего студенческого отряда на целине, совершенно неоднозначная фигура, он очень много дал мне в жизни. Я жизнью доволен, она у меня была интересной. И ни на грамм не жалею, что был в комсомоле, работал в стройотрядах, объездил с агитбригадами всю страну, побывал на многих стройках.

ТЦ: Когда, по-вашему, человеку становится интересно?

А.Л.:

Думаю, люди рождаются любопытными. Это чувство надо сохранять всегда. Видишь надпись: «Посторонним вход запрещен», значит, надо заглянуть. Посмотреть, что же там такое?.. Для журналиста это первое дело. А еще журналист должен уметь придумывать, если даже ничего особенного и не происходит.

ТЦ: Как вы чувствуете публику?

А.Л.:

Просто всегда ставил себя на место зрителя. Мое счастье, наверное, в том, что я никогда этому не учился специально. Просто относился к себе как к среднестатистическому журналисту, только был чуть больше начитан, нежели другие.

ТЦ: А любовь к чтению у вас откуда?

А.Л.:

Из семьи. Хотя это была средняя семья, ничего особенного. Папа прошел путь от ученика кочегара до начальника управления МПС. Это был человек долга, железной дисциплины, никогда не критиковал советскую власть, хотя он все понимал. При нем о советских проблемах мы не говорили, берегли его сердце. А мама была другим человеком, более ироничным. Она из зажиточной семьи, но тоже работала с 11-ти лет – была книгоношей в библиотеке, а в 23 года стала директором самой большой областной библиотеки на Украине. И потом, после войны, когда она стала инженером-экономистом, ее общественной нагрузкой было формирование библиотеки. Для мамы книги были всем. У нас порой чуть не до драки доходило: кто первый схватит книгу. Но очень многое в жизни мне дала моя бабуля. Удивительный человек! Всегда веселая, она отлично танцевала, никогда не унывала, хотя жизнь была непростой, а характер у нее был просто авантюрный. Все мои друзья ее очень любили, ни одно сборище без нее не проходило, даже когда ей 70 лет исполнилось. Меня любила безмерно, мою дочь Дашу тоже, нам все позволялось. А умерла она в 94 года, сказав, что жизнь перестала ей быть интересной. Видела уже плохо, ходила с трудом. Отвернулась к стенке и тихо отошла.

ТЦ: Как вы считаете нужно относиться к жизни?

А.Л. :

Не драматизировать ее… У меня есть любимая фраза: «Могло быть и гирше». Так что любую жизненную ситуацию нужно рассматривать с позиций, что могло быть и хуже. Помогает. Потом я верю в судьбу. В моей жизни могло многое не состояться, но получилось же. Много раз бывало, когда я что-то фантазировал, а в реальности все получалось.

ТЦ: Значит, мысль материализуется? Можете пример привести…

А.Л.:

Материализуется? Наверное… А пример приведу парадоксальный. Я обожаю Черчилля, много думал о нем, считаю его эталонным государственным деятелем. И в начале 90-х мне довелось побывать в зале заседаний английского парламента, где установлена скульптура Черчилля, и даже посидеть на его месте. О таком и помыслить было трудно! Надо сказать, что посетители английского парламента обычно прикасаются к ботинку статуи этого великого человека. Как бы на удачу. От множества прикосновений краска на ботинке стерлась, а его мыс сверкает от лоска. Я тоже прикоснулся к этой реликвии. А сопровождавший нас сотрудник английского министерства, спросив, откуда мы, познакомил меня с внуком Черчилля, который показал, где в зале заседаний находится место Черчилля и рядом – его. А потом он с трудом уговорил полицейского на минутку отвернуться (там с этим строго!), и я на пару секунд втиснулся на место Черчилля. Размер-то этого места не более 30 см! Было крайне тесно, но очень приятно! Мне нравятся англичане, их фильмы. У них есть чувство меры. То, чего нет у нас. Хотя понятно почему: они традиции развивали, а мы их переписывали.

ТЦ: Какие книги вас больше притягивают?

А.Л.:

Сейчас уж трудно сказать. У меня три библиотеки – старая, моя первая, на даче в подвале, где кабинет. Книг очень много, и все знаю наизусть. Вторая в Москве – огромная, тоже прочитанная, перечитанная. А третья – маленькая, книг 300-400, тоже на даче. Третью библиотеку я скорее ненавижу, потому что вряд ли успею все прочитать. Хотя любопытство не иссякает, как и ощущение, что вся жизнь впереди. Много книг покупаю сам – это, наверное, болезнь, но остановиться не могу. Много мне дарят. Вот и на нынешний мой юбилей Константин Эрнст подарил уникальную книгу, даже не знал, что такое сохранилось. Первое издание «Капитала» Карла Маркса на русском языке! В моей библиотеке книги, в основном, по истории, экономике, много мемуарной литературы, научно-технической. Сейчас читаю интереснейшую книгу «Адский косильщик» – об истории создания пулеметов. Зачем читаю, не знаю. Передачу об этом точно не сделаю, хотя тема интересная. Как, наверное, не сделаю и программу о выходцах из России, рассеянных по всему миру. А показать, какую лепту в развитие цивилизации внесли русские люди, было бы интересно. Тема исключительная! Нет ни одной страны – от Японии до Таити, – где не приложили бы руку к совершенствованию мира русские. Мало кто знает, например, что русский офицер создавал японскую артиллерию или что разведку в Югославии формировали те, кто приехал из России. Как и армию в Парагвае, ею и сейчас руководят потомки наших соотечественников. Таких примеров множество. Вот какую передачу нужно делать, и она всем будет интересна. Но нет команды. К тому же иногда хочется просто сидеть и ничего не делать… Хотя, если пару дней мне никто не позвонит, я, наверное, сойду с ума.


Беседовала Светлана Уразова
«ТелеЦЕНТР» апрель-май 2007 г.



 
 
ИПК - Институт повышения квалификации работников ТВ и РВ Высшая Школа Телевидения МГУ им. М. В. Ломоносова Вестник медиаобразования Юнеско МПТР Фонд Сороса Rambler's Top100
О проектеО Творческом Центре ЮНЕСКОКонтактыКарта сайта

© ТЦ ЮНЕСКО, 2001