обратная связькарта сайта
TVMUSEUM.RU - logo






К 25-ЛЕТИЮ ОЛИМПИАДЫ

МОСКВА ОЛИМПИЙСКАЯ

Генрих ЮШКЯВИЧЮС

«Обещали коммунизм, а получили Олимпийские игры» (из московского фольклора 80-х)

Началом мирового олимпийского телевидения можно считать Олимпийские игры 1964 года в Токио, когда через спутник связи передавалось 3-4 часа трансляций в Европу, хотя вообще на Олимпийских играх телевидение впервые появилось еще в 1936 году в Берлине. По-настоящему же телевизионными Олимпийскими играми можно считать Олимпиаду 1968 года в Мехико, когда совместными усилиями Интервидения и Евровидения была организована трансляция единой телепрограммы для всех стран-членов Интервидения и Евровидения. Телевизионные организации за отдельную немалую плату могли передавать на свои страны дополнительные программы.

ИЗ ИСТОРИИ ТЕЛЕВИЗИОННЫХ ТРАНСЛЯЦИЙ

Создать единую программу, которая была бы приемлема для всех стран Европы, оказалось невероятно трудным. Мы настаивали на трансляции футбола, а многие страны олимпийский футбол мало интересовал; венгры, итальянцы и французы настаивали на показе фехтования, а мы хотели смотреть тяжелую атлетику. Ясно, что создать единую программу, полностью удовлетворяющую всех, практически невозможно.

В 1972 году в Мюнхене опять была одна программа, но для европейских стран было технически легче и дешевле получать дополнительные программы.

Когда проходили Олимпийские игры в Мюнхене, в то же время в Канаде состоялись знаменитые встречи советских хоккеистов с канадскими профессионалами, разгром которых с блеском комментировал Николай Озеров, сидя при этом в Олимпийском центре в Мюнхене. Зрители были уверены, что их любимый спортивный комментатор находится в Канаде, и удивлялись, с какой быстротой он перемещается с одного континента на другой.

В том же году Зимние Олимпийские игры из Саппоро Интервидение передавало отдельно от Евровидения. С Евровидением не удалось договориться по финансовым условиям, и Интервидение с бюджетом в 12 раз меньше, чем у Евровидения, и с персоналом в три раза меньшим передало на свои страны вдвое большую программу. Понятно, что работники стран Интервидения в Саппоро получали в несколько раз меньшую оплату, чем работники Евровидения, но работали больше и, прямо скажем, лучше.

Хотя стран было меньше, но с программой были проблемы. Долго пришлось доказывать Сергею Георгиевичу Лапину, председателю Гостелерадио СССР, что следует показывать горнолыжный спорт, а не только лыжные гонки. Но надо отдать ему должное: он все-таки признал, что это здорово, и показ горных лыж дал толчок развитию этого вида спорта в стране.

В 1976 в Монреале канадская телевизионная компания Си-Би-Си использовала накопившийся опыт, и олимпийский телерадиоцентр был хорошо оборудован. Дополнительное количество спутниковых каналов, появившихся в то время, облегчило странам и трансляцию дополнительных программ.

Закончились Олимпийские игры в Монреале, и пора было начинать подготовку к Олимпийским играм 1980 года в Москве.

ВРЕМЕННЫЙ ВАРИАНТ

После опыта, полученного во время работы в оперативной группе Евровидения и Интервидения в Мехико и на всех последующих Олимпийских играх, мне было ясно, что при всем уважении к самому большому в Европе Останкинскому телецентру, он совершенно не приспособлен к трансляции Олимпийских игр. Однако это было отнюдь не очевидно для моих коллег в Гостелерадио, Правительстве и Госплане. Возник вариант временного олимпийского телецентра, который после Игр был бы демонтирован.

Пришлось доказывать, что временный телерадиоцентр обойдется не намного дешевле, а стране пора организовывать вещание на несколько часовых поясов, хотя бы для двух общесоюзных программ, так как в районах Сибири и Дальнего Востока программу «Время» смотрели в 11 часов вечера, а молодежные программы – в 3-4 часа утра. Была еще идея использовать старый телецентр на Шаболовке, превратив его в олимпийский телерадиоцентр, что, конечно, тоже не решало проблему.

Надо отдать должное Сергею Георгиевичу Лапину и его первому заместителю Энверу Назимовичу Мамедову, они тогда мне поверили и всячески поддержали идею создания олимпийского телерадиовещательного комплекса, который после Олимпийских игр можно было бы использовать для нужд страны.

Большую поддержку нам оказала Военно-промышленная комиссия Совета министров и лично Леонид Иванович Горшков, без помощи которого в стране вряд ли появилось бы цветное телевидение. Оборудование для цветного телевидения, в основном, изготовляла оборонная промышленность: за военные разработки и продукцию платили значительно больше, и специалисты из оборонной промышленности, конечно, уделяли такой продукции первостепенное внимание.

Идею олимпийского телецентра поддерживали Олимпийский комитет СССР и Спорткомитет (Виталий Смирнов и Марат Грамов), а также председатель Оргкомитета Олимпиада-80 Игнат Трофимович Новиков. Виталий Смирнов, например, уже имел большой опыт Олимпийских игр и понимал, что проведение спортивных соревнований мирового значения без телевидения невозможно.

Как и полагается, у нас сразу появились противоборствующие группировки. Начало проектирования затягивалось. Концепция полукруглого здания, предложенная нами и архитектором Леонидом Баталовым, чтобы увеличить количество светлых помещений и укоротить коммуникации, была забракована главным архитектором Москвы Михаилом Посохиным. Мол, одно полукруглое здание – гостиница «Космос» – там уже имеется, а два полукруглых здания будут фокусировать друг на друга все, что угодно, в том числе и болезни. Подобные аргументы были чистейшей фантазией. И тем не менее. Леониду Ильичу Баталову, несмотря на популярные в то время имя и отчество, не позволили проектировать рациональное красивое полукруглое здание наподобие зданий Би-Би-Си или Французского радио.

Следующий удар нанес Госплан, который уверенно заявил, что после Олимпиады телерадиоцентр будет пустовать (а он давно переполнен, и приходится строить или арендовать помещения), и срезал площади на 30%.

Гармоничному «телу» телерадиоцентра сначала изменили форму, а потом стали укорачивать то «ногу», то «руку». Мы боялись, что в конце в проекте останется одна широкая лестница, которая Госплану нравилась.

ТЯГОТЫ СТРОИТЕЛЬСТВА

Но проект проектом, а строительство все не начиналось. На месте будущего котлована (через дорогу от старого телецентра в Останкине) стоял одинокий экскаватор и копал яму. За ним из окон телецентра наблюдали «наши» работники, сильно сомневаясь, что там что-то появится.

Президент японской телевизионной компании «Асахи» как-то спросил у Лапина, что там копает экскаватор. Острый на язык председатель Гостелерадио ответил: «Могилу Юшкявичюсу!» И на самом деле строительство потребовало своих жертв. Я уверен, что из-за этого преждевременно из жизни ушли Абрам Моисеевич Мельберг, главный строитель Олимпийского телерадиоцентра, и Кирилл Алексеевич Ященко, начальник управления капитального строительства Гостелерадио СССР. Они работали днем и ночью, а в Комитет партийного контроля шли анонимки, обвиняя их во всех грехах. Абрам Моисеевич нервничал, курил сигарету за сигаретой. В результате – «нога курильщика», операция и смерть. У Кирилла Ященко – инфаркт.

Следует вспомнить московских строителей Валерия Серова, Каменского, Владимира Ресина, Игоря Пономарева, без их активного участия этот уникальный объект не был бы построен. А надо было не только строить. Надо было одновременно разработать и произвести всю гамму оборудования цветного телевидения, так как в связи с вводом войск в Афганистан западные страны усилили и без того уже существовавшее эмбарго на цветное телевизионное оборудование, включив в этот список даже магнитную ленту.

Как заказчик я тогда испортил немало крови министрам Эрлену Первышину, Василию Шамшину, но только благодаря им и руководимым ими институтам и заводам Москва создала Олимпийское телевидение. Директор Шяуляйского завода Леонас Янкаускас дневал и ночевал в Москве, а вернувшись в Шяуляй, вообще, по-моему, не спал. Владимир Маковеев, Сергей Никаноров, Валентин Хлебников, Леонид Таубе выполняли нелегкую роль привередливых заказчиков.

Если я начну перечислять всех, благодаря кому удалось разработать новую технологию и технику, обязательно кто-то останется за рамками списка. Так же, как многие из них остались вне списков на награждение после Олимпийских игр, когда сработал принцип шумихи и неразберихи: награждали зачастую тех, кто не имел к этим достижениям никакого отношения, а наказывали невиновных.

Как и в известной истории с Останкинской телебашней, жизнь отравляли анонимщики и явные противники строительства. Директор телецентра Игорь Ершов считал своим личным врагом любого, кто помогал строительству нового телерадиоцентра. Критики со стороны этих людей было много, помощи – никакой.

В новогоднюю ночь с 1978-го на 1979 год грянули 45-градусные морозы. Возникла опасность, что трубы отопительной системы в незаконченном здании лопнут и здание разрушится. Абрам Моисеевич Мельберг со строителями поставили авиационные двигатели в коридорах строящегося здания, чтобы гонять горячий воздух. Так мы встречали Новый год.

Если же вернуться к наградам, то из списка были вычеркнуты более 20 наиболее заслуженных работников по разным, как правило, причинам. Не хотели давать награду грузину Константину Кочуашвили, основному идеологу технологической концепции Олимпийского центра, еврею Абраму Мельбергу, еврею Евсею Прицкеру и так далее.

Я категорически отказался принять какую-либо награду, пока полный список не будет восстановлен. Награду я не получил, список частично восстановили. Остряк Лапин потом американским коллегам говорил: «Вы говорите, у нас нет демократии. Вот Юшкявичюс отказался принять награду из рук Брежнева и сидит с вами, а не в тюрьме». Справедливости ради надо сказать, что годом позже по представлению Минпромсвязи я получил Государственную премию СССР.

БОРЬБА ЗА ТРАНСЛЯЦИИ

Новый Олимпийский телерадиоцентр должен был по нашему замыслу передавать 20 международных телевизионных и 100 радиопрограмм.

Развернулась борьба за права на трансляцию Игр между американскими телекомпаниями. В Монреале Эй-Би-Си заплатила за эти права $ 25 миллионов. Мы хотели не меньше. Об истории получения прав в Москве можно написать не то что статью, книгу, в которой будут описываться и попытки подкупа, шантажа, и участие спецслужб. Нам удалось добиться блестящего по тем временам результата – $ 87 миллионов. Права получила Эн-Би-Си. Американская пресса писала тогда: русские выиграли 87-0, а Эн-Би-Си купила веревку, на которой сможет повеситься.

Почти так и случилось. Американская администрация в связи с бойкотом Олимпийских игр в Москве запретила Эн-Би-Си транслировать передачи из Москвы, а у нас все было подготовлено для них, все до последней мелочи. И Эн-Би-Си выплатила нам все до последнего цента – $ 87 миллионов.

Согласно договору с Эн-Би-Си мы должны были обеспечить 500 работников, владеющих элементарным английским языком. Подписать-то договор мы подписали, но откуда их взять. Мне рассказали о новом методе обучения Галины Китайгородской, профессора Московского университета, позволяющем за месяц-два освоить иностранный язык на элементарном разговорном уровне. Решил проверить на себе – пошел на курсы французского языка. Что-то вроде бы получилось. И в Институте повышения квалификации были организованы три группы ускоренного обучения английскому языку. Получилось, по-моему, много лучше, чем у меня с французским.

ЗА ГОД ДО ОЛИМПИАДЫ- 80

До Олимпиады оставался год. Оборудование приходило с заводов в Москву и монтировалось в не законченном строителями здании – другого выхода не было. Передвижные телевизионные станции распределялись по республиканским и областным студиям, чтобы затем съехаться в Москву и транслировать разные виды спорта. Казани был поручен конный спорт. Литве – баскетбол и та далее. Однако было ясно, что если не опробовать всю систему в комплексе, то во время Олимпийских игр мы провалимся.

Такую возможность предоставляла Спартакиада народов СССР 1979 года. Решили провести трансляции из еще не законченного телерадиоцентра, тем более что некоторые иностранные компании выразили такое пожелание.

И вдруг вызывает меня Сергей Лапин и заявляет, что никакой трансляции Спартакиады из нового Олимпийского телерадиоцентра не будет. Оказывается, член Политбюро Михаил Андреевич Суслов получил письмо (от кого, не знаю), в котором сообщалось, что авантюрист Юшкявичюс на объекте, не принятом Государственной комиссией (что было правдой) собирается противозаконно (тоже сущая правда) проводить трансляцию Спартакиады и что надо это делать на Шаболовке.

Я Лапину объяснил, что без испытания всей системы во время Спартакиады на новом телерадиоцентре невозможно проводить трансляцию Олимпийских игр и что на Шаболовке этого делать нельзя. Надо сказать, что, хотя с Сергеем Георгиевичем у меня были непростые отношения, он никогда на меня не кричал. А тут вдруг закричал и сказал, что я зря думаю, что один все знаю, и что он найдет, кому транслировать Спартакиаду с Шаболовки.

Я повернулся, вышел в приемную и написал заявление об отставке. Вернулся к себе в кабинет. Настроение противнейшее. Через 30 минут звонит по внутреннему телефону Лапин: «Генрих, зайди». Зашел. Накрыт чай.

Сергей Георгиевич сел и ни слова про Шаболовку, а начал рассказывать о своей жизни. Как в 1938 году его как друга «немецкого шпиона» (друг ездил в Германию на шахматный турнир) исключили из партии, как трудно было работать с Молотовым, и как ночью ему часто звонил Сталин. Потом сказал, что у него сложные отношения с Сусловым, и что я, конечно, прав, и надо транслировать Спартакиаду из нового телерадиоцентра. Что же касается моего заявления, то он отдает его назад, и я должен знать, что у нас замминистры в отставку не подают: когда надо, их снимают.

Подготовка к Олимпийским играм стала мощным импульсом для развития цветного телевидения в стране, подготовки специалистов телевидения и радио. Высокий уровень трансляции Олимпийских игр показал всему миру, что у нас есть сильная промышленность, талантливые специалисты.

Прошло четверть века. В некоторых аппаратных телецентра еще осталось оборудование со времен московской Олимпиады. В Сибири и на Дальнем Востоке программы из Москвы принимают в удобное для населения время. Спасибо Олимпийским играм.


«ТелеЦЕНТР» №3 июнь-июль 2005



 
 
ИПК - Институт повышения квалификации работников ТВ и РВ Высшая Школа Телевидения МГУ им. М. В. Ломоносова Вестник медиаобразования Юнеско МПТР Фонд Сороса Rambler's Top100
О проектеО Творческом Центре ЮНЕСКОКонтактыКарта сайта

© ТЦ ЮНЕСКО, 2001