обратная связькарта сайта
TVMUSEUM.RU - logo






Телезритель и телепрограмма

ЭФФЕКТ МЕЛЬКАНИЯ

«Калейдоскоп – оптический прибор,
изобретенный английским физиком
Д. Брюстером в 1817. Представляет
собой картонную или деревянную
коробку, закрытую на одном конце
матовым стеклом. Впоследствии
стал детской игрушкой». (из истории оптических приборов)

На заре телевидения голубой экран кем-то удачно был назван окном в мир. К сожалению, никак не был назван зритель, сидящий перед этим окном. А его следовало бы назвать зевакой. Телевизор представлял собой ящик с сюрпризами. За окном находилось царство случайностей, не хватало регулировщиков-комментаторов, не соблюдались элементарные правила движения передач в эфир. Подобно зеваке на улицах города, зритель вынужден был подряд глазеть на все, что сновало в рамке экрана, боясь пропустить в мелькании кадров что-либо интересное. Его роль сводилась к роли туриста, попавшего в незнакомый город, в неведомую страну.

Борясь с эфирными беспорядками, впоследствии создали сетку вещания. Листая программку, день ото дня зритель стал различать уже контуры города – «Клуб кинопутешествий»… «Проспект молодости»… Побывав «На стадионах и спортивных площадках», он мог заглянуть в «Музыкальный киоск». По четвергам его путь на полтора часа пересекала «Эстафета новостей». Казалось бы, рубрики передач – афиши и вывески на улицах города. Но так ли это? Возьмите рубрику наугад, скажем, «В эфире – «Молодость!» Под этим названием может скрываться все: и выступление редактора, и беседа, и интервью, и музыкальное обозрение, и, наконец, киноочерк.

Это уже не рубрика – это ребус. Названия рубрик напоминают резиновые Галактики. Сетка вещания, по существу, и сегодня своеобразная лотерея. Еще не известно, что ты выиграешь, но точно известно, что потеряешь. Время.

Появление рубрик не устранило сложившихся единиц измерения – мышление отдельными передачами.

Средняя продолжительность телевизионной передачи, как правило, не превышает часа, а чаще составляет 30 минут, что гораздо короче, чем кинофильм, а тем более театральный спектакль. Практически это означает, что, берясь за любую тему, мы вынуждены ограничиться довольно беглым ее раскрытием, обходиться общим знакомством, очерком-иллюстрацией.

Еще более ограничен регламент страничек телевизионных журналов. В течение 5-10 минут можно лишь успеть показать зарисовку, привлечь внимание. Информация и иллюстрация становятся господствующим жанром, как бы демонстрируя по телевизору бесконечный выпуск «Новостей дня». Калейдоскоп из людей и фактов легко смотреть на домашнем экране, он не требует напряжения мысли и, уж конечно, не исчерпывает задач телевидения. Разумеется, и за 10 минут можно многое рассказать, но возведенная в норматив скорострельность становится угрожающей. Мир мелькает перед глазами, зритель свыкается с этим мельканием и мало-помалу приучается смотреть на жизнь с курьерской скоростью.

Есть такой термин – «эффект присутствия». Критики не пришли еще к единому мнению, что означает этот эффект. Так что пока о нем остается лишь говорить. Зато другой эффект можно даже видеть. Очевидно, по аналогии его стоит назвать «Эффектом мелькания». (Мы не касаемся телетрансляций крупных событий, где голубой экран выступает посредником и, к слову, справляется с этим блестяще. Речь идет лишь о собственной телепродукции).

Мысля масштабами телестраничек и отдельных передач, авторы, режиссеры, комментаторы лишены возможности неторопливо, глубоко и досконально знакомить зрителя с волнующими явлениями и фактами, а тем более их исследовать.

– А разве возможны иные темпы в наш сумасшедший телевизионный век? Как это ни парадоксально, но именно телевидение призвано противостоять той лавине событий и фактов, которая грозит его захлестнуть.

Можно ли в течение получаса рассказать о жизни одной больничной палаты? Можно… В лучшем случае мы получим интересный и динамичный, но… безусловно, поверхностный репортаж или очерк. А что если вести передачи из этой больницы регулярно, скажем, еженедельно? Разве жизнь иного врача или, скажем, судьба пациента не заслуживает самостоятельного рассказа? Разве это не высокая драма – будничный труд, посвященный борьбе за жизнь человека? И разве не могут прямые факты лечь в основу документальной пьесы, в которой будут играть актеры, стремясь доподлинно воссоздать реальные характеры или ситуации?

Собственно, мы пересказали вам содержание программы «Палата №10», название которой известно любому английскому телезрителю. За 6 лет существования этой серии в ее рамках прошло 600 передач! В них снялось около 1000 человек! Министр здравоохранения Англии заявил, что «Палата №10» внесла значительный вклад в борьбу с болезнями.

Школьный класс и строительная площадка, больничная палата и зал суда могут стать объектами пристального внимания. Каждый из этих объектов – постоянное место действия. Неисчерпаемый запас сюжетов, характеров и конфликтов. Окружающая нас повседневность – вот куда голубому экрану не мешало бы командировать своих драматургов-корреспондентов. Кстати, писатель, пишущий об ученых, – разве не может он из недели в неделю, из месяца в месяц прослеживать жизнь своих героев в одной из научных лабораторий, разве не будет это еще одной стороной проблемы «Писатель и наука», решаемой средствами телевидения?

Программы-серии – это не просто очередной подвид передач. Это прежде всего иной подход к явлениям окружающей нас реальности. Иной масштаб ее измерения. Шаг от мелькающей телехроники к обстоятельному изучению жизни, к ее осмыслению.

Газеты и журналы ломятся от заметок по поводу специфики телевидения. «Что такое эффект присутствия?», «Телефильм – гибрид или кровосмешение?», «А есть ли специфика?». Некогда было сказано: «А поэзия – пресволочнейшая штуковина: существует – и ни в зуб ногой!». То же самое можно сказать и про специфику телевидения. В поисках ускользающей истины мы согласны опуститься на дно морское и даже улететь в межзвездную даль, хотя иные из истин лежат на поверхности. Конечно, не каждый рискнет подбирать истины, лежащие на поверхности, из опасения прослыть поверхностным критиком. А между тем на поверхности лежит вот что: особенность телевидения заключается в систематическом регулярном еженедельном и ежедневном обращении зрителя к телеэкрану.

Гостеприимство экрана не знает пределов. Исходя из этого, телепередачи могут быть спроецированы в длину. Диапазон телевидения безграничен – от двухминутной миниатюры до циклов, идущих из вечера в вечер и составляющих в общей сложности гигантские хроникальные и драматические полотна. Такие «полотна» или программы представляют собою серию передач, не только имеющих свое время в эфире (участок вещания), но и свою строго локальную тему, свой жанр.

Как ни странно, но наш телезритель нуждается в первую очередь в… однообразии, в неизменности точно найденных форм. Телевидению срочно нужны традиции. Как и в спорте. Ведь не случайно за тысячи лет в марафонской олимпийской дистанции не прибавили и не убавили ни одного километра. Интерес к спортивному соревнованию держится на неизменности правил игры. И если правила эти вам не известны, разве будете вы с таким волнением следить за внутренним ходом встреч?

Представьте себе такое письмо: «Дорогие товарищи, почему в футболе давно уже нет ничего нового? Я знаю, что у вас будет в следующий раз. Поставят ворота справа и слева. Будет 22 игрока, по 11 с каждой стороны. Потом игроки будут гонять мяч. Забивать его в разные ворота, а судья будет свистеть. Нельзя ли как-то разнообразить игру: пусть вратари споют песни, нападающий может что-нибудь сплясать, а вместо судьи пригласите артиста, который умеет художественно свистеть!»

К сожалению, слишком часто подобные пожелания находят отклик на телевидении. Так давайте же будем беречь усилия, которые так часто тратятся понапрасну во имя ложно понятой занимательности. Содержание занимательно само по себе. Если не скользить по его поверхности. Не пытаться всякий раз овладеть им с размаху, а вести долговременную осаду, используя все доступные средства журналистики и искусства. Что невозможно в рамках одной передачи – достижимо в пределах программы-серии. Голубой экран предназначен исследовать различные стороны нашего мира систематически, изо дня в день, с такой скрупулезностью и постоянством, как, может быть, ни одно из искусств.

На протяжении этой короткой главы мы пытались проследить путь от отдельных передач к рубрикам и от рубрик – к регулярным программам. Остается перейти к разговору о ведущих таких программ. Но об этом в следующий раз.

Сергей МУРАТОВ,
Георгий ФЕРЕ.

«Советская культура»
19 января 1965 г.



 
 
ИПК - Институт повышения квалификации работников ТВ и РВ Высшая Школа Телевидения МГУ им. М. В. Ломоносова Вестник медиаобразования Юнеско МПТР Фонд Сороса Rambler's Top100
О проектеО Творческом Центре ЮНЕСКОКонтактыКарта сайта

© ТЦ ЮНЕСКО, 2001