обратная связькарта сайта
TVMUSEUM.RU - logo






ГАЛИНА ЛУЧАЙ: «У МЕНЯ СВОЯ ЖИЗНЬ»


Галина Лучай сыграла в кино одну-единственную роль. Более того, роль эта была вовсе без слов. И тем не менее стала всенародно любимой. Созданный ею образ «несравненной Катерины Матвеевны» из фильма «Белое солнце пустыни» стал значительным и загадочным. В чем же секрет этой простой русской женщины, которая по сюжету смогла противостоять девяти восточным красавицам? Какова ее героиня в жизни, можно ли ее «идентифицировать» с Катериной Матвеевной? Судьба Галины Лучай складывалась ох как не просто.

ГАЛИНА ЛУЧАЙ - Отца репрессировали, когда мама была еще мною беременна. Он был главным инженером крупного предприятия в Иркутске. Время было непростое, отец просил, чтобы мама отказалась от него. Папу отправили, как выяснилось позже, в Карелию, где он вскоре умер от разрыва сердца. Ему было сорок три года. Он знал, что у него должен был родиться ребенок. Он был старше мамы на двадцать три года и очень ждал этого подарка судьбы… Мы с мамой уехали в Москву и поселились с бабушкой в двух комнатах огромной квартиры, принадлежавшей когда-то моему деду-купцу. До трех лет меня пестовала бабушка, а в четыре года, когда началась война, бабушки не стало. Мама вышла замуж во второй раз, у нее на руках был грудной ребенок, я стала самостоятельным человеком. Я могла ходить куда угодно, с кем угодно. Но люди окружали меня душевные.

С детства у меня был замечательный друг – Кока, моя крестная Елена Яковлевна, простая деревенская женщина. Она и стала для меня второй мамой. Я считаю, что у меня было замечательное детство, хоть и не всегда сытое. В пять лет я себя сама записала в библиотеку на Полянке, самостоятельно научилась читать. Сама купила как-то за сорок копеек билет в Большой театр на «Аистенка». Я прекрасно знала центр Москвы, жизнь моя была полна приключений. Однажды собиралась бежать из дома – мне тогда было десять лет. Дошла до Красной площади и вернулась… Несчастья сыпались на нашу семью, как из рога изобилия. У меня уже было три сестры, когда скоропостижно умер отчим – в тридцать девять лет… Мама осталась одна с четырьмя детьми на руках, младшая была еще грудной.

КОРР. - КАК ЖЕ УДАЛОСЬ ВЫЖИТЬ?

Г.Л. - Уму непостижимо! Нам помогал брат отчима, церковь. Мама устроилась работать бухгалтером. После школы я часто ходила обедать к одноклассницам. Если кто-то из соседей снимал дачу, обязательно приглашали и нас с сестрами. А как-то мать одной из моих одноклассниц пришла в школу, потому что считала своим долгом сообщить, что мой отец был репрессирован, и я не имею права быть редактором школьной стенгазеты. Но жизнь меня так закалила, что подобные визиты уже не могли выбить из колеи. Все мои мысли были обращены в будущее, я решала, стать ли мне журналистской или актрисой. Школу я окончила с серебряной медалью и решила поступать на журфак МГУ. Но увы, получив четверку по географии, с остальными отличными оценками, осталась за бортом университета. Меня взяли на вечернее отделение института иностранных языков, на немецкое отделение.Я училась и работала редактором в отделе книги. Все книжные новинки попадали ко мне в руки. Это была огромная удача. Я писала аннотации на книги и получала от работы огромное удовольствие! Только третья попытка поступления в МГУ оказалась удачной. Началась удивительная студенческая жизнь. Мама настояла, чтобы я училась на дневном отделении. Мы дружили с молодыми художниками из Строгановки, с актерами МХАТа.

КОРР. - А ГДЕ ВЫ ПОЗНАКОМИЛИСЬ СО СВОИМ БУДУЩИМ МУЖЕМ?

Г.Л. - После второго курса я попала на практику на телевидение, в редакцию информации. Там и познакомилась с Вячеславом, он руководил моей практикой. Он был женат. С момента нашего знакомства для меня перестали существовать все ребята вокруг. Талантливый журналист Вячеслав Лучай заслонил собой всех. Мне он казался самым умным, самым замечательным. И началась у нас очень трудная жизнь. Мы решили пожениться. Но у Вячеслава была жена и маленький ребенок. Они познакомились в чрезвычайных обстоятельствах в туберкулезном санатории. Оба были сильно больны, думали, что обречены, и решили пожениться. Их объединила общая беда, но они были совершенно разные люди. Они выжили, у них родился ребенок. Вячеславу дали квартиру на Шаболовке, он оставил ее бывшей семье. Через полгода получил развод. Я подрабатывала на телевидении, делала очерки, сюжеты. Позже нам дали комнату в огромной коммунальной квартире. Помните историю семьи Верещагиных? Из «Белого солнца пустыни»? Так вот, такой же маленький гробик с сыночком был и у нас. Наш первенец Димочка скоропостижно умер в годовалом возрасте. Это был ребенок, который к годику уже прекрасно ходил и умел говорить. Трагедию вместе с нами переживало все телевидение, где мы с мужем работали. Слава богу, я была беременна тогда Глебом, это меня и спасло…

КОРР. - ЗА ВТОРОГО СЫНА БОЯЛИСЬ?

Г.Л. - Страшно переживала любое повышение температуры! До пяти лет по ночам просыпалась и смотрела – жив ли или нет. Мужа вызывала из любой командировки, стоило лишь Глебу заболеть. Я брала сына во все поездки, он побывал со мной на всех киностудиях бывшего Союза. Сейчас он говорит: «Все, что было хорошего, было в детстве». ---------

Бывают на свете писатели одной книги, художники одной картины и артисты одной роли и этого им вполне достаточно. Сервантес исчерпывающе высказался «Дон Кихотом», Малевич – «Черным квадратом»… Присоединилась к этой достойной компании и Галина Пантелеймоновна Лучай, известная миллионам зрителей как «разлюбезная Катерина Матвеевна» из «Белого солнца пустыни» Владимира Мотыля. Причем то обстоятельство, что в этом самом любимом (по статистике) советском кино она не произносит ни одного слова и фигурирует, как персонаж из сна, только придает образу дополнительную значимость.

«А еще я хочу приписать для Вас, Катерина Матвеевна, что иной раз такая тоска к сердцу подступит, клешнями за горло берет. Думаешь, как-то Вы там сейчас!..»

Солдатские письма по-особому сердечно были написаны Марком Захаровым. Адресат сердечных посланий – образ-видение снов Сухова, его далекая возлюбленная и жена. Режиссер Владимир Мотыль примерял на роль Катерины Матвеевны русских красавиц – Чурсину и Хитяеву. Но видно, не броской красотой должна была обладать та, что тронула заветные струны души простого деревенского мужика Сухова. Не могли присмотреть подходящую героиню и в нескольких российских деревнях. И вдруг, спеша по коридору Ленфильма, в приоткрытой двери одной из монтажных комнат Мотыль увидел в бликах заходящего солнца… Богородицу. Светлый лик и таинственная полуулыбка женщины очаровали режиссера.. Мотыль понял – она! Но избранница – журналистка Галина Лучай отнеслась к предложению сняться в фильме весьма сдержанно.

Г.Л. – Я работала тогда редактором канала «Останкино». Работа поглощала все время. К тому же я считала, что создать определенный образ на экране – очень сложно, это надо уметь, к этому следует готовиться.

Лучай твердо сказала : «Нет. У меня телевизионные циклы, очерки…Да и муж будет против.

Все-таки Мотыль увез Галину Лучай на съемки под Лугу – дивные места. Глубокий смысл был вложен в видения Мухова: получалось прямо по Фрейду – и текущая река, и бадьи, полные воды, и поднимающая подол любимая женщина… «Я взял самые безобидные кадры, где оголялись лишь колени Катерины Матвеевны. Их и увидели зрители. Любовь красноармейца Сухова была настолько сильна, что рядом с женщинами гарема, каждая из которых считала его своим мужем, он остается верным своей разлюбезной жене. Мне хотелось показать «мужика с большой буквы», - вспоминал Мотыль. По моей задумке, Катерина Матвеевна должна была быть просто гиперболически кустодиевской женщиной. Интеллигентнейшая Галина Лучай «не дотягивала» до этого типа».

Г.Л – После родов я и так не была худенькой, но мне на бедра накладывали еще «толщинки». Я никак не хотела надевать красную блузу и платок. Мне казалось, что красное мне не идет, ведь я светлоглазая и светловолосая. Но авторитетнейший художник Белла Маневич смогла меня убедить, что именно так одевались женщины, это стиль и деревенский, и в то же время полугородской. Приталенная кофта – это уже признак определенного кокетства, не сарафан. Кстати, когда мы купили дом под Суздалем в деревне, я убедилась, что Маневич была права, почти каждая деревенская женщина имела красный платок. В их понятии красное – «прекрасное». Да и с прямым пробором в волосах я была не согласна, мне казалось, что он меня уродует. У меня есть любимый кадр в самом начале фильма – я успела вытащить из-под платка и слегка растрепать челку. А вообще ко мне на съемках относились, как к кинозвезде, оберегали, туфли следом за мной носили. И бадьи с водой я не таскала, их и пустые-то не поднимешь.

Мало того, что я не имела никакого актерского опыта, я и в деревне-то бывала редко. Мотыль же хотел создать из Катерины Матвеевны целый образ, проходящий через всю картину. Например, собирался снимать меня на Каспии, где шли основные съемки. В сценарии был эпизод, который условно можно назвать «Стенька Разин». Сухов плывет на шхуне, рядом с ним я, разлюбезная Катерина Матвеевна, по чьему приказу под песню «Из-за острова на стрежень» бросали бы в Волгу «общих» жен, одну за другой… Нарисовали даже на парусе большой портрет Катерины Матвеевны. Но пришлось ограничиться небольшой картинкой на лугу, где Сухов попивает чаек в окружении восточных красавиц в русских платочках.

Г.Л. Эту сцену мы снимали в глухой деревушке под Лугой, недалеко от Петербурга. Там не было даже электричества, зато были целые поля ромашек, чудные березовые рощи, тихая речка с ивовыми берегами. Мотылю пришлось со мной помучиться…

КОРР. – Съемки этих эпизодов заняли несколько дней, а шлейф от них протянулся через всю Вашу жизнь.

Г.Л. – Ну в общем-то я жила жизнью, далекой от непосредственной судьбы фильма. Бывали, конечно, особенно первое время, творческие встречи со зрителями, принимала иногда участие в разного рода торжествах, связанных с картиной. На душе от этого всегда оставались теплые чувства.

КОРР. – Все знают, как любят этот фильм космонавты. А вам приходилось с ними встречаться?

Г.Л. – Не раз. Кстати, они тоже никогда не узнавали во мне Катерину Матвеевну и искренно потом изумлялись. У них сущетвует, например, шутливый ритуал посвящения в космонавты. Претендент должен ответить на 43 вопроса по «Белому солнцу пустыни». Есть там и такой вопрос: «Каков объем бедра у несравненной Катерины Матвеевны?» (заразительно хохочет…)

КОРР. Галина Пантелеймоновна, и еще вопрос, который вам, наверное, задают все журналисты: в чем успех фильма «Белое солнце пустыни»?

Г.Л. – В том, что этот фильм не о революции, не о классовой борьбе, а о солдате, который, не жалея жизни, защищает других и при этом проносит через все испытания свою любовь. И думаю, что «Белое солнце пустыни» будут показывать до тех пор, пока существует Россия. С теми, кто снимался в фильме, Галина потом не виделась. Пока ее не пригласили на 30-летие «Белого солнца…» Но туда приехали далеко не все. Ау, где вы, Фарида, Зухра, Гюльчатай?.. Гюль-ча-тай!!! Недавно, когда фильм – через столько-то лет! – получил-таки Государственную премию, Галина была искренне рада, что успех наконец догнал эту ленту. Если бы Лучай всю оставшуюся часть жизни вообще ничего не делала, то все равно родилась бы не напрасно. Но она еще и прослужила двадцать пять лет на Центральном телевидении. Милей ее сердцу, чем телевидение, у нее другого нет. С ходу пресекла все попытки сделать ее кинозвездой, когда после «Белого солнца пустыни» предложения сниматься следовали одно за другим.

Г.Л. – Поймите меня правильно, я же по натуре серьезный человек, журналист. Это и было всегда содержанием моей жизни. Вскоре после выхода фильма мы уехали всей семьей в Монголию. Мужа назначили собкором ЦТ. Это удивительная страна! Мы полюбили этот край, до сих пор вспоминаю его дикую природу, монастыри… Я делала газету для советских геологов, работавших в Монголии. А когда Глебу исполнилось десять, нам пришлось уехать – при посольстве не было средней школы. Я вернулась на телевидение старшим редактором. Работа была интереснейшей, мы сделали три «бомбовые» «Кинопанорамы» с Юрием Нагибиным, очерки о старой Москве, которая разрушалась, передачу об Андрее Тарковском… Между прочим Галине Лучай принадлежит авторство трехсерийного документального фильма «Путешествие из Петербурга в Москву» с участием Даниила Гранина, Георгия Макогоненко и Дмитрия Лихачева. Посмотрев передачу о Блоке, Галину пригласили в Петербург, где она сделала доклад о Блоке в музее поэта. Десять лет она проработала в «Клубе кинопутешественников» с Сенкевичем. В каких только уголках страны она побывала! Была и на Чукотке, и на Северном Ледовитом океане! Нынче Галина Пантелеймоновна погрузилась в написание книги воспоминаний «Телевизионные мифы».

КОРР. – О чем же будет эта книга?

Г.Л. – Прежде всего я хочу рассказать о замечательных людях, с которыми мне довелось встречаться по долгу службы: о Лихачеве, Баталове, Тарковском, Нагибине, Камшалове. Отдельная глава посвящена наследию Бродского. Ведь в начале 90-х я собиралась подготовить о нем передачу, подняла многие архивные документы, однако идею «завернули».

КОРР. – А что дало повод для столь интригующего названия – «Телевизионные мифы»?

Г.Л. – Дело в том, что 70-80-е годы телевидение, словно дымкой, было окутано ореолом романтики и почти мистической тайны. Например, о нас, работавших в «Клубе путешественников», завистливым полушепотом говорили: «Они объездили всю планету». Вы помните, появилась даже шутливая реплика Михаила Задорнова: «Хватит смотреть на мир глазами Сенкевича!» По нашей стране мы действительно много ездили, но вот за границу… Все видеосюжеты о «тамошней» жизни, как правило «там» и покупались руководством канала, а мы их только редактировали. Или, скажем, еще один миф – о самом Сенкевиче. Перед теми, кто оставался за кадром программы, стояла задача создать Юрию Александровичу образ эрудита-интеллигента, к тому же человека бывалого, много видавшего в жизни, что другим трудно себе представить. Он действительно неоднократно смотрел в лицо опасности – например, в знаменитом путешествии на «Кон-Тики» с Туром Хейердалом, но овладеть столь гигантскими знаниями по географии, истории, этнографии, конечно, было ему не под силу. А мы, со своей стороны, «уверяли» публику, что под силу. Кажется, нам поверили. Все эти годы Галина Лучай общалась с сотнями людей, и практически никто, давая интервью или сидя за чашкой кофе, не догадывался, что эта стройная, современная, большеглазая женщина – та самая Катерина Матвеевна. Даже соседи по даче в деревне, где она ходила по воду хоть и с коромыслом, но в шортах. На 35-летие их совместной жизни муж подарил Галине Пантелеймоновне видеокассету с записью ее единственного кинофильма. Она снова внимательно его пересмотрела и поняла – картина как бы меняется с течением времени, обретает новые нюансы в зависимости от того, что происходит в стране, и … не стареет.

КОРР. Как складывалась в дальнейшем жизнь вашей семьи?

Г.Л. – Муж вышел на пенсию. Сын Глеб, как и мы, выбрал нелегкую стезю журналиста. Сейчас работает старшим редактором в программе «Время».

КОРР. –Внука балуете?

Г.Л. – Не приходится. Он живет от нас отдельно, чаще общается с другими бабушкой и дедушкой. Невестка с нами не очень дружит. Но внук у нас любит бывать, ему интересно все, что я делаю.

КОРР. – Какое время года вы больше всего любите?

Г.Л. – Очень люблю осень, у меня пушкинское восприятие природы. В эту пору все в природе успокаивается. Время подводить итоги. Но, слава богу, существуют и зимы, пусть долгие и холодные, и весны – человеку свойственно ждать перемен. Кстати, очень осень люблю еще и за то, что в сентябре у меня день рождения.

КОРР. – Что вы сейчас читаете?

Г.Л. - С удовольствием перечитываю Бродского, дневники и письма Пушкина… Галина не слишком любит, когда ее идентифицируют с Катериной Матвеевной из «Белого солнца пустыни» - у нее своя жизнь. Доктор искусствоведения Нея Зоркая считает свою подругу Галю Лучай «человеком очень интересным, смелым, всегда идущим своим собственным путем». Ее героиню любили в фильме, ее саму обожали и в жизни. «Мы с мужем прожили счастливую жизнь, - говорит Галина. – Хотя «счастье» - понятие текучее… Я радуюсь каждому дню, прожитому вместе».


Список газетных материалов, на основе которых составлен обобщенный очерк:

Я.ЯРОПОЛОВ «Несравненная Катерина Матвеевна, которую есть с кем сравнить». «Московская правда», 7 марта 1996 г.

В.ПЬЯНКОВА «Двадцать семь лет спустя тов.Сухов наконец-то встретился с разлюбезной Катериной Матвеевной». «Комсомольская правда», 24-31 июля 1998 г.

С.САМОДЕЛОВА «Проблема Эроса. Катерина Матвеевна и Гюльчатай». «Московский комсомолец», 30 августа 1999 г.

Р.МАРТЫНОВ «Телемифы Катерины Матвеевны». «Гудок», 30 августа 1999 г.

Ф.САМБУРСКАЯ «Галина Лучай: у меня своя жизнь». «Сударушка», 24-30 ноября 1999 г.

Я.ЯРОПОЛОВ «Разлюбезная Катерина Матвеевна». «Парламентская газета», 31 марта 2001 г.



 
 
ИПК - Институт повышения квалификации работников ТВ и РВ Высшая Школа Телевидения МГУ им. М. В. Ломоносова Вестник медиаобразования Юнеско МПТР Фонд Сороса Rambler's Top100
О проектеО Творческом Центре ЮНЕСКОКонтактыКарта сайта

© ТЦ ЮНЕСКО, 2001