обратная связькарта сайта
TVMUSEUM.RU - logo






ЕДИНСТВЕННЫЙ СВИДЕТЕЛЬ

«Телевидение и радиовещание» №9, 1973 г.


В творческом объединении «Экран» Центрального телевидения снят фильм-спектакль «Единственный свидетель» по пьесе А. и П. Тур. Методом телевизионного кино уже зафиксированы на пленке мхатовские спектакли «Враги», «Царская милость».

На сцене МХАТа постановку «Единственного свидетеля» осуществил народный артист СССР В. Станицын. Он же – автор телевизионного варианта. Кинорежиссер М. Муат. Оператор Л. Бунин. Художники А. Урсин и Н. Двигубский. Звукооператор В. Русаков. Композитор К. Молчанов.

В фильме-спектакле снимались народные артисты РСФСР Г. Калиновская и В. Муравьев, заслуженные артисты РСФСР Л. Кошукова и Л. Золотухин, артисты И. Мирошниченко, А. Семенов и другие.

На вопросы корреспондента журнала отвечает исполнительница главной роли народная артистка СССР А. Степанова

- Моя героиня, Анна Степановна Сабурова, - хирург, академик, крутой, со сложным характером, не всегда симпатичный, но, в сущности, умный и хороший человек. Руководитель крупного института, она стала все меньше времени уделять своей хирургической деятельности, вступила на этакую административную стезю. С этого и начинается ее драма. Представьте положение человека, имеющего громадный авторитет, когда молодой хирург заявляет ей, что как врач она остановилась в развитии, ее операции уже не могут считаться первоклассными, не могут гарантировать жизнь больному в особо сложных случаях. Это – удар по самолюбию, вызывающий целый комплекс чувств: растерянность, возмущение, гнев. Единственным свидетелем внутренней борьбы Сабуровой является совесть, с которой она остается наедине. И вот эта женщина борется с собой и выходит победителем. Сабурова признает правоту своего помощника, многое переоценивает. И принимает решение вернуться к своей основной работе – вновь оперировать.

В фильме есть эпизод, когда Сабурова, подавленная и для себя решившая не оперировать поэта Рощина, остается одна. Это – самый трудный, кульминационный момент в пьесе. Но странно: сниматься в этой сцене мне было легко. По-видимому, помог и личный опыт: у меня за плечами прожитая жизнь, есть, что вспомнить, всегда можно «подставить» собственные ассоциации.

Задача, я думаю, облегчалась и тем, что мой главный партнер Л. Золотухин - актер очень живой, эмоциональный. В «Единственном свидетеле» на сцене театра я играю с ним уже несколько лет и я действительно представляю, что Золотухин – мой помощник, от которого подобный удар получить особенно страшно.

Мне очень понравилась работа со съемочной группой. Это дружный сработавшийся коллектив с настоящим пониманием особенностей работы актера.

К о р р: Среди ведущих театральных деятелей существуют разные представления о том, какие формы переноса театральных спектаклей на телеэкран возможны. Каково ваше мнение по этому поводу?

А. С т е п а н о в а. Я считаю, что трансляция из театра вполне допустима, и можно показать спектакль так, как он идет на сцене. К.С. Станиславский говорил об актерской профессии, что это рисунок на песке. Закрывающийся занавес смывает этот рисунок: он был единственным, завтра будет другой – в том же спектакле и с теми же актерами. Но, безусловно, когда идет прямая трансляция, театр терпит ущерб: ведь он требует от актера особых проявлений – эмоциональных, рациональных, интеллектуальных, и здесь не всегда можно учесть специфику телевидения. Телевидение, при той же наполненности, требует иной выразительности.

К сожалению, в телевизионных передачах иногда происходит мешанина: показывают сначала декорации, потом выносят действие на простор природы. Это уже присутствие кино, тогда как нужно единое решение.

Теперь об актерских возможностях воплощения спектакля. Мне кажется, что «Единственный свидетель» требует полного отрешения от обычной актерской манеры игры – и в смысле преувеличенности посыла на зрительный зал, который бывает у театральных актеров, поскольку они играют на полторы тысячи зрителей, и в смысле голоса, мимики, движения, жеста. Экран имеет возможность показать одни ваши глаза, - нужно очень скупо выразить все.

Работа на телевидении, несомненно, обогащает театрального актера, так же, как и работа в кино. Она открывает новые возможности выявления эмоционального характера роли, требует других художественных приемов. И если в театре мы иногда мучаемся оттого, что зритель плохо слышит актеров (не те голосовые или дикционные данные), то в телевидении это не проблема. Тут скорее другие заботы – о скупости и наполненности выражения, невозможности играть с пустыми глазами.

К о р р. Телевидение как раз укрупняет – и в прямом, и в переносном смысле – актерские данные и человеческие…

А. С т е п а н о в а. Конечно. Может быть, тут как раз еще лучше видно самое ценное, как утверждал К. С. Станиславский, в театре и вообще в искусстве актера – реакцию, восприятие событий. Собственно, как оценивать талант актера? Допустим, герою сообщают о каком-то событии, предположим, о смерти сына. Как сыграет сцену великая актриса, и как – актриса средняя? Что рождается в этот момент? Вот это рождение – самое главное в актерской профессии.

К о р р. Ангелина Иосифовна, а вам доводилось прежде участвовать в теле- и радиоспектаклях?

А. С т е п а н о в а. На радио записано много мхатовских спектаклей, в которых играю и я. На телевидении я снималась в последний раз во второй части телеповести «День за днем».

Скоро объединение «Экран» начнет снимать фильм-спектакль «Чайка». Мне предстоит играть Аркадину. Мы сейчас начали пробы…


Интервью вел Ю. КРОХИН



 
 
ИПК - Институт повышения квалификации работников ТВ и РВ Высшая Школа Телевидения МГУ им. М. В. Ломоносова Вестник медиаобразования Юнеско МПТР Фонд Сороса Rambler's Top100
О проектеО Творческом Центре ЮНЕСКОКонтактыКарта сайта

© ТЦ ЮНЕСКО, 2001