обратная связькарта сайта
TVMUSEUM.RU - logo






ПАМЯТИ ДРУГА – ВЛАДИМИР КОВНАТ

Дверь в комнату, где работал Отдел международного обмена телепрограммами, широко распахнулась и вошел высокий, стройный, красивый мужчина. «Всем привет!»– сказал он. «Привет! – ответил ему заведующий отделом Владимир Аперьян.- Какими судьбами?» «Пойдем, поговорим. Дело есть. Я очень спешу!», – ответил вошедший. Выходя из комнаты, Аперьян остановился у моего стола: «Вот, познакомьтесь, – сказал он. - Это наш новый редактор Людмила Золотарева, которая теперь будет заниматься тиражированием сюжетов телехроники. А это кинооператор Владимир Ковнат, который эту хронику снимает». Мы пожали друг другу руки, и оба Владимира вышли. Так в начале августа 1960 года я познакомилась с этим удивительно творческим, принципиальным человеком, блестящим кинооператором и фотографом, автором сценариев и дикторских текстов ряда своих фильмов, единственным кинооператором-документалистом Центрального телевидения СССР, удостоенным звания заслуженного деятеля искусств РСФСР - Владимиром Ковнатом. Он всегда спешил!

Он родился в 1927 году в Ростове - на - Дону в семье известного инженера. В очень раннем возрасте научился читать. У отца была большая библиотека, и Владимир буквально проглатывал книгу за книгой. В какой-то период детства он увлекся чтением книг о морских путешествиях, мечтая когда-нибудь отправиться в плавание по морям. (Эта его мечта осуществилась в 1960-е годы, когда он как автор-оператор снял несколько фильмов о рыбаках и пограничниках в дальневосточных водах.) Обладая удивительной памятью, Владимир на всю жизнь запомнил много интересных деталей из прочитанных в детстве книг. Очень любил русскую поэзию, особенно А.С.Пушкина, и знал наизусть много стихотворений. В детские годы, еще живя в Ростове, Ковнат начал заниматься теннисом, который на всю жизнь остался его любимым видом спорта. Получив в подарок фотоаппарат, он увлекся фотографированием.

В середине 1930-х годов отца Ковната пригласили работать в Москву, куда и переехала вся семья. В Москве все свое свободное время Владимир посвящал чтению, игре в теннис и фотографии.

В середине Великой Отечественной войны отец Владимира настоял на том, чтобы он перешел из дневной школы в вечернюю, и устроил его на работу на оборонный завод. Примерно в то же время, проходя с товарищами по берегу обводного канала, он увидел тренировку экипажа академической гребли. Пораженные красотой движения лодки и слаженностью команды ребята остановились. Лодка причалила к берегу около них для короткого перерыва, и женщина-тренер, увидев интерес на лицах зрителей, пригласила юношей прийти в спортклуб и заняться греблей. Во время войны в Москве было мало молодёжи, и в юношеских секциях спортивных клубов был недобор по многим видам спорта. Ковнат согласился и начал усердно заниматься греблей.

Окончив школу, он решил поступить в Институт физкультуры, который в те годы был очень престижным – преподавание общеобразовательных и специальных дисциплин там велось на высоком уровне.

После окончания института Ковнат начал преподавать физкультуру в одном из московских вузов.

В середине 1950-х годов один из его знакомых предложил ему попробовать поработать внештатным автором сюжетов телевизионной хроники о спорте в редакции новостей Центрального телевидения, где он сам в то время подрабатывал. Владимир согласился. Первые пробы оказались успешными, и вскоре он стал готовить разработки и тексты сюжетов и на другие темы. Внештатное авторство сюжетов теленовостей, по сути, оказалось введением Ковната в новую профессию.

Владеющий словом, хорошо образованный и начитанный, всесторонне развитый, уже достаточно зрелый внештатный автор привлек к себе внимание руководства редакции, и его пригласили в штат на должность редактора. Но Ковнат уже видел себя в другом качестве.

Володя рассказывал мне, что, делая телесюжеты о спортивных событиях, он с каждым днем все больше убеждался, что кинооператоры, снимавшие телевизионную хронику, плохо знали спорт и поэтому не умели его снимать. Не чувствуя драматизма спортивной борьбы, они упускали ее кульминационные моменты или же снимали их в невыразительном ракурсе. Сказалось многолетнее увлечение фотографированием. И он решил сам научиться снимать телехронику на кинопленку. Нужно сказать, что в СССР в то время Центральная студия документальных фильмов (ЦСДФ), где работали опытные кинооператоры-документалисты, еженедельно выпускала десятиминутный киножурнал «Новости дня», который показывался во всех кинотеатрах страны в начале сеансов перед художественным фильмом. Ковнат на свои деньги купил себе 16 мм кинокамеру и, приезжая на спортивные соревнования, становился на те точки, где работали кинооператоры ЦСДФ. Сначала они над ним смеялись и подшучивали, но вскоре замолчали, Ручная, легкая 16 мм кинокамера давала оператору возможность быстро передвигаться на разные точки вокруг места соревнований, а знания о спортсменах и различных видах спорта помогали ему в кульминационный момент оказаться в нужном месте. Кроме того, он никогда не расставался с фотоаппаратом и, снимая киносюжеты, умудрялся еще снимать неплохие фотокадры. Процесс освоения кинокамеры шел у него довольно быстро, и в конце 1950-х годов его пригласили работать в группу кинооператоров телехроники Московского телецентра. Он сразу же решил поступить на заочное отделение факультета кинооператоров ВГИКа, чтобы уже полностью овладеть профессией. Так он нашел свое призвание.

В конце 1950-х годов – начале 60-х заработная плата работников советского телевидения, включая кинооператоров, была очень низкой. Правда, когда штатные работники телевидения были авторами сюжетов, очерков или передач, им выплачивался гонорар. Материалы кинооператоров оплачивались в зависимости от категории сложности и качества съемок, которые определяла специальная комиссия. А если телесюжеты, очерки или фильмы рассылались зарубежным телеорганизациям (для этого они тиражировались), то кинооператоры получали дополнительную оплату – так называемые «потиражные». Поэтому к нам в отдел постоянно заходили операторы и сообщали о том, что они сняли, и просили обратить внимание на их сюжеты или очерки.

Володя Ковнат тоже часто заходил к нам, но не только ради «потиражных», а потому что был в дружеских отношениях с заведующим нашего отдела Владимиром Еремеевичем Аперьяном, выпускником МГИМО. Аперьян – мудрый, высокообразованный, глубоко порядочный человек и руководитель. Он хорошо разбирался в людях и свой отдел почти полностью укомплектовал выпускниками МГИМО, которых знал по институту. Это был коллектив единомышленников, не увлекавшихся пересудами и пустой болтовней. Мы не были специалистами в области кино, но, во-первых, мы просматривали много иностранных телесюжетов и фильмов, а также телепродукцию республиканских и местных телестудий СССР, и быстро набирались опыта в понимании, что хорошо, а что плохо снято. Во-вторых, мы постоянно расширяли свои знания о том, какие темы могут интересовать зарубежных телезрителей.

Учась во ВГИКе, Ковнат все время стремился снимать больше очерков и фильмов. В тот период он даже ежегодные отпуски использовал для того, чтобы снять свой, авторский фильм. Сначала он снимал только на 16 мм кинопленке, а потом стал работать и с 35 мм кинокамерой. В начале творческого пути Ковната сотрудники нашего отдела в большинстве случаев были первыми зрителями его фильмов. Для него это было очень важно. Он знал, что мы, как зрители, доброжелательно, объективно, честно и откровенно скажем о его работе.

Как все большие художники, он был честолюбив и самолюбив и не терпел критику (а кто ее любит?) Если после просмотра его фильма мы все говорили: «Здорово! Молодец!», он уходил удовлетворенным. Иногда он сразу же соглашался с нашими замечаниями, потому что был сам неуверен, правильно ли он отобрал кадры или смонтировал их. Но бывали случаи, когда он бывал не согласен с нашей критикой и аргументацией, тогда спор шел до хрипоты, и он уходил, хлопнув дверью. Но практически всегда на следующий день он заходил в нашу комнату и говорил: «Я обдумал то, что вы мне говорили. Вы были правы, а я – нет. Пойду, переделаю».

В первую половину 1960-х годов он снял довольно много документальных телефильмов и очерков: «Цирковое училище», «У медвежьей берлоги», «Охота на медведей» - все на 16 мм черно-белой пленке. «Здравствуй, океан!» (1962 г), «Восхождение на Эльбрус» (1963 г.), «Хозяева океана» (1965 г.) – на 35 мм черно-белой пленке и большое количество десятиминутных очерков для различных программ телевидения журнального типа.

Даже для нас, неспециалистов, был очевидным постоянный рост его профессионального мастерства – лаконизм и отточенность ракурсов съемки, хорошее использование света как при съемках в естественных условиях, так и при установке осветительной аппаратуры.. Я уже не говорю подробно о его изобретательности и мужестве при съемках на морских судах в штормовую погоду, при восхождении на Эльбрус и во время съемок в цирке. Постепенно в его сюжетах и фильмах начало проявляться умение снимать людей как на кинопленку, так и на фото. Это были не просто портретные кадры, а характеристики личностей.

Эту свою тщательность, вдумчивость и, я бы сказала, внимание и любовь к людям, которых он снимал, он пронес через всю свою творческую жизнь.

Интересный и малоизвестный факт: в процессе учебы во ВГИКе он должен был снять короткометражный игровой фильм. Этим фильмом стал десятиминутный черно-белый фильм «Первая получка» с Савелием Крамаровым в главной роли. Фильм снимался на улицах Москвы. Владимир рассказывал, что главной трудностью при съемках было присутствие огромной толпы почитателей таланта С. Крамарова, которая мгновенно окружала съемочную площадку при виде своего любимца.

В 1964 году Ковнат был единственным кинооператором, которого направили в составе группы советских тележурналистов для освещения Олимпийских игр в Токио. И хотя японская государственная телерадиокорпорация ЭнЭйчКей ежедневно рассылала всем телестанциям мира «Дневники Олимпиады» на 16 мм кинопленке, он изыскал возможности ежедневно снимать и отсылать в Москву интересные зарисовки о советских участниках Игр.

В 1967 году он был командирован во Вьетнам, где участвовал в съемках телефильма «В стране гремящего неба». В том же году советское телевидение открыло корреспондентские пункты практически во всех европейских социалистических странах. Владимира Ковната направили в Чехословакию в качестве телевизионного корреспондента-кинооператора.

Он очень основательно приступил к этой работе – начал изучать чешский язык, установил хорошие контакты с работниками пражской телестудии, где проявлял и монтировал свои репортажи, много общался с людьми. Он приехал для работы в ЧССР в сложный период назревания идеологического конфликта между правящими партиями обеих стран и из разговоров с людьми отчетливо понимал причины недовольства населения некоторыми аспектами развития ЧССР. В конце 1967 – начале 1968 гг. он снял интересный авторский фильм «Три новеллы о Татрах». Сразу же после ввода в Чехословакию войск стран Варшавского договора из Москвы в Прагу прилетела большая группа тележурналистов и кинооператоров, которые при подготовке своих репортажей отражали позицию руководства КПСС. Ковнат помогал коллегам в организации съемок и сам много снимал, но его материалы не принимались для показа в эфир, так как несколько отличались от официоза. Я встретилась с Владимиром в конце марта 1969 года в Праге, когда мы с коллегой из Главной редакции программ телевидения летели в Братиславу на просмотр чехословацких телефильмов. В тот день не было прямого рейса Москва-Братислава, и нам пришлось делать пересадку в Праге. Разрыв между рейсами составлял 8 часов. Ковнат встретил нас в аэропорту. Повозил на автомашине по Праге, показав основные достопримечательности этого красивейшего города, накормил обедом у себя дома и отвез в аэропорт. Обстановка в Чехословакии была очень сложная. К советским людям относились очень плохо – нельзя было говорить по-русски ни на улицах, ни в общественных местах. Положение усугублялось еще и тем, что буквально накануне нашей поездки сборная СССР по хоккею с шайбой проиграла сборной ЧССР. Вся Чехословакия ликовала.

В тот день в Праге я увидела, что Владимир был очень удрученным. Он уже знал, что его скоро отзовут из Чехословакии, но ни слова не сказал об этом. Так и произошло. В Москве его встретили отнюдь не с распростёртыми объятиями. Особенно яростную позицию против Ковната занял тогдашний начальник управления кадров Госкомитета П.И. Шабанов, который терпеть не мог людей, имеющих свою собственную точку зрения. Он считал, что Владимир является диссидентом. Так Ковнат стал «невыездным». Но интересно отметить, что параллельно с телевидением в августе 1968 года в Праге работала съемочная группа кинодокументалистов ЦСДФ, которые снимали пражские события по-своему. Но еще более интересно, что кто-то из руководства КПСС разрешил ЦСДФ выпустить фильм о событиях в Чехословакии, несколько отличный по смыслу от показанного по телевидению официоза. И создатели фильма включили в него материалы Ковната, потому что они видели в Праге, что и как он снимал. Фильм ЦСДФ «Чехословакия – год испытаний» вышел на киноэкраны страны в 1969 году.

Отчасти это концептуальное различие показанных по телевидению материалов и документального кинофильма можно объяснить тем, что демонстрировавшиеся в кинотеатрах документальные фильмы имели гораздо меньшую зрительскую аудиторию, чем телевизионные передачи.

В советское время телевидение СССР имело право бесплатного показа всех документальных и научно-популярных кинофильмов, выпускаемых в стране. Вышеупомянутый фильм о событиях в ЧССР никогда не показывался по Центральному телевидению. В последующий период Ковнат занимался обычными съемками телевизионной хроники и материалов для телепередач. Осенью 1972 года режиссер ЦТ Михаил Литовчин включил Владимира в состав съемочной группы, которая по заданию Л. Брежнева должна была снять телепередачу об уборке урожая на целинных землях Алтая. Брежнев посетил Алтай летом того года, и местные руководители похвастались, что на полях края зреет отменный урожай зерновых. Вот осенью генсеку и захотелось посмотреть, как его убирают.

Руководство Гостелерадио срочно направило на Алтай большую съемочную группу. Конец лета и начало осени на Алтае в тот год были очень дождливыми, рано похолодало, хлеб полег, и большинство полей были еще не убраны.

Потребовались невероятные усилия для того, чтобы создать в фильме иллюзию уборки богатого урожая. В последний съемочный день часть группы должны была снять последние кадры фильма в трех точках, отстоявших друг от друга на значительных расстояниях. Им был предоставлен военный вертолет. В тот день был очень сильный ветер – на грани шторма, и синоптики запретили вылет вертолета. Но руководитель съемок настоял на своем, и вертолет полетел в нужном направлении. Все это закончилось очень трагично – вертолет рухнул на землю и разбился. Погибли несколько человек, у Михаила Литовчина был тяжелый перелом тазобедренных костей, у Ковната – перелом лучевых костей ноги и сотрясение мозга.

Катастрофа произошла вдали от крупных городов, в местах, где вообще практически не было пригодных для автотранспорта дорог. По рации вызвали подмогу и с большими трудностями перевезли потерпевших в ближайшую небольшую больницу, где им была оказана первая помощь. При наложении гипса. кости ноги Владимира были неправильно совмещены, а вместе с уколами ему занесли в организм вирус гепатита.. Друзья Ковната договорились с работавшим на Алтае травматологом Елизаровым о том, что он примет его в свою больницу для лечения. Но по совершенно непонятным причинам Владимир отказался от помощи чудесника Елизарова и решил лететь в Москву, чтобы лечиться в ЦИТО. В институте травматологии ему сломали начавшие срастаться кости, и одели на ногу аппарат Елизарова, но снова неточно совместили переломы, что показал рентгеновский снимок через некоторое время. Пришлось ломать ногу в третий раз. Параллельно проявил себя гепатит, и для его лечения Ковната поместили в инфекционное отделение Боткинской больницы.

Процессы заживления травмы и лечения гепатита были долгими. Ослабевший от серьезного заболевания, передвигавшийся на костылях кинооператор четко сознавал, что в таком состоянии он может лишиться своей профессии, а он не мог себе представить, что больше не будет снимать кино. Чтобы окончательно вылечить печень, он в течение года соблюдал строжайшую диету. Опираясь на полученные в Институте физкультуры знания о лечении травм, он вместе с врачами разработал систему тренировок для восстановления ноги.

Он пришел на телевидение, опираясь на трость. О настоящей работе кинооператором телехроники рано было говорить, но он начал снимать пейзажные кадры для показа прогнозов погоды в программе «Время», как это было принято в те годы., упорно продолжая разрабатывать ногу. « Когда я первый раз перепрыгнул через лужу и приземлился на травмированную ногу, то почувствовал, что я как будто родился второй раз», - рассказывал он мне.

И все же он вернулся к полноценной работе, но по-прежнему оставался «невыездным». Евгений Николаевич Андриканис помог Ковнату решить эту проблему, включив его в съемочную группу телефильма «Ленинским путем», поскольку для производства этого фильма нужно было снимать зарубежные поездки Л. Брежнева. Нужно сказать, что одним из тех, кто с радостью встретил переход Е.Н. Андриканиса на работу на телевидение в 1966 году был Владимир Ковнат. Он высоко ценил творчество известного кинооператора, мэтра цветных киносъемок. Ведь Центральное телевидение СССР в тот период готовилось полностью перейти на цветное вещание, включая показ теленовостей.

Владимир незамедлительно познакомился с Евгением Николаевичем. Со своей стороны Андриканис, просмотрев работы Ковната, сразу же высоко оценил его творческий потенциал, жажду знаний и стремление к совершенствованию. Их обоих также объединял творческий подход к съемкам людей, стремление показать личность снимаемого ими человека с помощью кино и фотокамер. После возвращения Владимира из Чехословакии они часами обсуждали профессиональные приемы, установку света и многое другое.

После показа в эфир в 1976 году фильма «Ленинским путем», на следующий год Ковната направили кинооператором в корреспондентский пункт Гостелерадио в Египте, оттуда его перевели в Бейрут, а в первой половине 1980-х годов – в ФРГ. Работая на Ближнем Востоке с корреспондентами советского телевидения, он посетил большинство арабских стран, где снимал не только сюжеты теленовостей (особенно много телехроники он снял в Ливане), но и очерков для «Международной панорамы». Вместе с кинооператором Аркадием Громовым участвовал в съемках телефильмов и программ политического обозревателя Фарида Сейфуль-Мулюкова.

Ковнат с большой болью вспоминал о периоде своей работы в Ливане. Пребывание в этой стране было связано с большим риском для жизни. Шла война – бомбардировки, перестрелки, артиллерийские обстрелы, взрывы, бессмысленная гибель тысяч мирных жителей, приносимых в жертву чьим-то корыстным интересам, разрушенный Бейрут - в прошлом красивейший город, жемчужина Средиземноморья. В 1979-80 гг. он снял полнометражный документальный телефильм «Иран – крушение монархии».

Также плодотворно он продолжал работать и в ФРГ, снимая иногда удивительные по режиссуре и форме сюжеты и очерки. Как подсчитал сам Ковнат, за период работы кинооператором-документалистом телевидения он снял около 70-ти полнометражных, короткометражных телефильмов и очерков и многие сотни сюжетов теленовостей.. Как и в прежние годы, выезжая на киносъемки, Ковнат всегда имел с собой фотокамеру, а зачастую и не одну. Его отличные фотографии, особенно о событиях в Ливане, регулярно печатались в журнале «Огонек» и других периодических изданиях, приобретались «Фотохроникой ТАСС».

В 1987 году он внезапно вместе с женой покинул ФРГ и улетел в США, не поставив об этом в известность свое начальство. Я ничего не знаю об истинных причинах его поступка, да и не мое это дело. Через полгода они вернулись в Москву.

Как это было принято в советское время, его наказали по полной программе – дважды, даже трижды: уволили с работы, исключили из КПСС и лишили всех наград и званий. Талантливый кинооператор, еще не исчерпавший свой творческий потенциал, был отлучен от любимого дела, от кинокамеры.

В 1989 году он начал работать фотокорреспондентом в еженедельной газете завода «Динамо» - «Динамо-экспресс».

За 10 лет работы в газете он создал целую галерею портретов тружеников «Динамо», трижды выезжал в южный детский оздоровительный лагерь завода и снял там удивительно теплые и живые фотографии детей, которые были выставлены в холле инженерного корпуса завода.

Ковнат показал мне эту выставку. Фотографии были великолепные. Работая в газете, Владимир постоянно уверял своих друзей, что он доволен своей работой, что фотографирование людей приносит ему творческое удовлетворение.

Когда примерно за полгода до его смерти мы совершенно случайно встретились, и он узнал, что после увольнения с телевидения я работаю переводчиком на киностудии «Кристмас Филмз», которая снимает мультипликационные фильмы по заказам британского телевидения, что в то время там шли съемки полнометражного кукольного кинофильма «Чудотворец» (Жизнь Христа), он попросил меня помочь ему посетить съемочные павильоны, чтобы посмотреть, как снимают кукольные фильмы.

Я отвезла его на киностудию, где проводились эти съемки. Сначала он долго и внимательно следил за съемками одной из сцен в маленькой декорации. Затем мы перешли в большую студию, где была установлена огромная, тщательно сделанная декорация, изображавшая древний Иерусалим.

Съемки в этом павильоне в тот момент не производились – шла подготовительная работа и установка света. Я представила Володю Александру Виханскому – одному из старейших и опытнейших кинооператоров студии «Союзмультфильм», который с большим удовольствием стал рассказывать об особенностях установки света для съемок кукол, о специальных приспособлениях на кинокамерах. Завязался оживленный разговор двух профессионалов, длившийся почти два часа. Чтобы не мешать им, я тихо отошла и села в отдалении. Вдруг Виханского позвали в соседнюю студию, и Ковнат остался один около кинокамеры. Он нежно погладил ее рукой, а в его глазах была такая тоска, что мне стало очень больно за него. Затем он быстро подошел ко мне и сказал: «Пойдем отсюда, пора и честь знать». И мы ушли.

Владимир Витальевич Ковнат скончался 12 апреля 1998 года из-за тяжелой неизлечимой болезни. В некрологе, напечатанном в газете «Динамо-экспресс», его коллеги написали: «…Нам, сотрудникам редакции заводской газеты, посчастливилось работать с Владимиром Витальевичем Ковнатом последние 10 лет его жизни. Тактичный, сдержанный в проявлении эмоций, учил он нас философски воспринимать жизнь, не пасовать перед трудностями, быть принципиальными и требовательными в отстаивании политических взглядов, в утверждении своих идей.

Мэтр…учитель… - так называли мы Ковната и в шутку, и всерьез…»

Л. Золотарева,

Заслуженный работник культуры РФ.



 
 
ИПК - Институт повышения квалификации работников ТВ и РВ Высшая Школа Телевидения МГУ им. М. В. Ломоносова Вестник медиаобразования Юнеско МПТР Фонд Сороса Rambler's Top100
О проектеО Творческом Центре ЮНЕСКОКонтактыКарта сайта

© ТЦ ЮНЕСКО, 2001