обратная связькарта сайта
TVMUSEUM.RU - logo






ЧЬЕ ТЕЛЕВИДЕНИЕ ЛУЧШЕ (памяти Александра Хазанова)

Накануне семидесятилетия нашего телевидения ко мне обратились с просьбой вспомнить одного из популярнейших в шестидесятые годы тележурналиста Александра Хазанова.

И вот после десяти с лишним лет отсутствия хожу по коридорам Останкинского телецентра – длинным и пустым. В иных не встретишь ни души. Некоторые двери кабинетов закрыты наглухо. Испытываю те же чувства, что в Помпеях. Куда же девалась грандиозная, беспрерывно работающая ФАБРИКА ЭФИРА? Тысячи людей. Чуть ли не сорок редакций. Редакторы с эфирными папками, операторы с видеокамерами, монтажницы с кассетами сновали по подземному переходу, соединявшему два здания телецентра, расположенные по разные стороны улицы Королева. И какой-то внутренний нерв руководил всем этим движением.

Войдя сюда, ты невольно включался в этот бешеный ритм, диктовавшийся эфиром: минута, секунда, поехали…

Особенно это касалось нашей редакции – Главной редакции информации, где выпуски выдавались, как говорится, прямо с колес.

В конце шестидесятых годов переехали мы с Шаболовки в Останкино. Работала всего одна студия, в которую на эфир мы бегали по строительным лесам. Вспоминаю, как по случаю переезда был устроен банкет в транспортных коридорах нижнего этажа останкинского здания. Его мы продолжили в каком-то ресторанчике на ВДНХ. Припозднились… И чтобы не опоздать в метро, решили сократить путь и двигаться прямо по газонам. Впереди всех, смеясь и подпрыгивая как мальчишка, бежал Александр Хазанов. А вслед нам несся свист милиционера.

Наш заместитель главного редактора Александр Хазанов был не с жиденькой косичкой и серьгой в ухе, как некоторые нынешние телевизионные начальники, а с ранами, полученными на фронте. И о его боевых наградах мы узнали только на его похоронах. И главными героями эфира в наше время были не безголосые и почему-то всегда дергающиеся, как эпилептики, певицы и певички, а простые люди, победившие фашизм, своим самоотверженным трудом поднявшие страну из руин и сделавшие ее великой. И эта традиция сохранялась на телевидении до самых времен перестройки. Хочется вспомнить репортажи и Дамира Белова, и Саши Тихомирова, и Светланы Гинзбург, каждый из которых был маленькой новеллой, рассказывающей о судьбе простого человека.

Александр Хазанов ушел на фронт добровольцем прямо со школьной скамьи. И как у всех мальчиков, прошедших через ужасы войны, у него было обостренное чувство долга, справедливости, неприятия всякой пошлости и фальши. Он учил нас, что эфир – это святое, не терпящее ни безграмотности, ни тупоумия, ни цинизма. Как руководитель редакции был строгим, требовательным, заставлял работать с полной самоотдачей. Но совершенно преображался в эфире в роли ведущего «Эстафеты новостей». Раскованный, ироничный, с безукоризненной речью.

Вальяжно расположившсь в кресле, закуривая прямо в кадре, он беседовал с учеными, космонавтами, писателями, композиторами, поэтами, демонстрируя свою глубокую эрудицию и безупречный вкус. Как и все «шестидесятники», он, конечно же, был романтиком. Любил слушать наших запрещенных бардов, а Юрий Визбор был его ближайшим другом. Помню, как восхищался он творчеством начавшего печататься Чингиза Айтматова. Видимо, душевная тонкость писателя была созвучна и ему.

Работали мы на черно-белой кинопленке. Видеопленка была большим дефицитом и дефицитом очень дорогостоящим. Поэтому эфир в основном был «живым», а проявка пленки, длившаяся несколько часов – самым слабым местом в процессе подготовки передач. Помню, шел какой-то очередной съезд КПСС. Пленка из проявки вышла прямо под эфир. Монтаж поручили самой опытной монтажнице. Но из-за того, что времени было в обрез, она так волновалась, что ошиблась в склейке и выступавшая на съезде Долорес Иббарури прошла в эфир стоящей на трибуне вверх ногами. Скандал был грандиозный. Трещали все телефоны в кабинете у главного. Монтажница рыдала… Мы были в шоке. Но Хазанов не стал искать «стрелочника».И как на фронте, закрыл амбразуру, мужественно приняв все удары на себя.

Мы понимали, конечно, что работаем на отсталой технике. Но в том, насколько она допотопна, убедились лишь тогда, когда в Москву приехал де Голль со своей передвижной телевизионной станцией и своей лабораторией. Там пленка проявлялась чуть ли не за двадцать минут. Все мы бурно обсуждали это чудо. И Хазанов прилагал немало усилий к тому, чтобы хотя бы одну редакцию – нашу, самую оперативную – оборудовали новой аппаратурой. Но прошло несколько лет, прежде чем у нас появились бетакамы и цветная кинопленка. А пока тележурналисты работали в «живом» эфире, где их часто поджидали всякие неожиданности. Помню, как шел эфир «Эстафеты новостей», Хазанов рассказывал о выдающемся польском режиссере Анджее Вайде. По верстке передачи следующим был сюжет об одном из лучших московских кондитеров. Он создал торт в виде сложнейшего архитектурного сооружения. И вот что произошло. Ассистент режиссера забыл взять в студии фотографии с кадрами из кинофильма А.Вайды, и в эфире образовалась черная дыра. Режиссер мгновенно переключился на ведущего. И Александр Хазанов, увидев себя на мониторе, как ни в чем не бывало сказал: «А сейчас мы вынуждены прервать рассказ о выдающемся польском режиссере, потому что вот этот необыкновенный торт, который принесли к нам в студию, уже начал плавиться от света наших юпитеров». Вот так молниеносно сориентироваться, в считанные доли секунды найти нужные слова – это «высший пилотаж» ведущего.

Хазанов умер, едва достигнув своего пятидесятилетия, во цвете своих творческих сил и возможностей. Последними словами его были: «Я умираю, какая нелепость».

Думая о телевидении 60-70-х годов, приходишь к выводу, что это были его «звездные годы». Феномен, как в литературе девятнадцатого века. Такое созвездие личностей, эрудитов, интеллектуалов вряд ли повторится: Юрий Фокин, Александр Хазанов, Анатолий Овсянников, свободно говоривший на шестнадцати языках, Александр Каверзнев, Владимир Дунаев, Владимир Цветов, Вячеслав Овчинников…

Сейчас их сменили молодые, работающие на потребу обывателя. Какую кнопку телевизора ни включи – зверское убийсво или голая задница. Жестокость, пошлость и порнуха захлестнули эфир. И на этом уже воспитано целое поколение. И никто не несет за это никакой ответственности.

Посмотрела передачу М.Швыдкого «Чье телевидение лучше» на одном из самых достойных телевизионных каналов – канале «Культура». Передача «Культурная революция», посвященная телевидению, была, мягко говоря, довольно поверхностной, игривой и легкомысленной. Некоторые из ее участников даже взяли на себя смелость утверждать, что нынешнее наше телевидение – одно из лучших в мире. В конце 60-х годов небезызвестный Бзежинский писал: «Общество с ориентацией на трудовые достижения может уступить место обществу с ориентацией на развлечения, в которых основное место будут занимать захватывающие зрелища, массовый спорт и телевидение – своего рода опиум для масс, не имеющих перед собой никакой цели». Разве не нечто подобное наблюдаем мы на современном телевизионном экране? Сразу после окончания Великой Отечественной войны директор ЦРУ Аллен Даллес предоставил американскому конгрессу секретный доклад. В нем излагалась программа длительного, планомерного разрушения нашей страны. В книге А.Ф.Алексеева «Думы мои, думы» приводится цитата из этого доклада: «Посеяв хаос, мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим их в эти ценности верить. Мы найдем единомышленников, помощников в самой России. Будет разыгрываться грандиозная по своим масштабам трагедия гибели самого непокорного на земле народа, окончательного и необратимого угасания его самосознания. Из литературы и искусства мы постепенно вытравим их социальную сущность.

Литература, театр и кино – все будет изображать и прославлять самые низкие человеческие чувства. Культ насилия, садизма, предательства. И тех, кто будет понимать и догадываться, что происходит, мы превратим в посмешище, найдем способ оболгать и объявить отбросами общества. Мы будем расшатывать поколение за поколением. Будем браться за людей с детских, юношеских лет. Главную ставку всегда будем делать на молодежь. Станем разлагать, развращать и растлевать ее. Мы сделаем из них циников, пошляков и космополитов».

Я пришла на телевидение молодой. И люди, которые меня окружали, в силу своей внутренней культуры и высокой ответственности от сознания того, где они работают, высоко держали нравственную планку телевидения.

Надежда РАЗГОНОВА

Редактор-консультант Главной редакции информации (до 1992 г.) Редактор передачи «Прожектор перестройки».



 
 
ИПК - Институт повышения квалификации работников ТВ и РВ Высшая Школа Телевидения МГУ им. М. В. Ломоносова Вестник медиаобразования Юнеско МПТР Фонд Сороса Rambler's Top100
О проектеО Творческом Центре ЮНЕСКОКонтактыКарта сайта

© ТЦ ЮНЕСКО, 2001